+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 5, 2013 г.

Всему  свое  время

Вальдемар Цорн

Беседа с пастором Виктором Дудником и его супругой Риммой, бывшими в течение 15 лет, в тяжелые времена гонений, координаторами служения Института перевода Библии в Советском Союзе.

Уважаемые Виктор и Римма, расскажите немного о себе: когда вы уверовали, где жили, какая у вас семья?

Виктор Дудник: Вырос в многодетной христианской семье в Украине, в городе Мариуполе. Отец – пастор. Инженер-конструктор, но за веру в Господа был уволен без права на трудоустройство. Материально мы были нищими, но имели живую Божью веру, которая открывала в нашей жизни источники благословений.

В 1968 году принимал святое водное крещение в группе молодежи из 50 человек. И хотя крестили нас ночью, комсомольцы выследили и забросали нас камнями. Это было двойное крещение.

До женитьбы приобрел 2-комнатную кооперативную квартиру. Здесь созидалась наша семья: 4 сына и дочь.

Англичане говорят: «Любовь слепа, но всюду видяща», так что Римму привез из Орла.

Римма Дудник: Я также росла в многодетной христианской семье  в небольшом городке Сельцо Брянской области. Родители с Божьей помощью сумели взрастить в детях живую веру личным примером и жертвенным служением Господу. В 1967 году я заключила завет с Господом через водное крещение в городе Орел, куда мы переехали ко второй маме. (Родная мама умерла в 1966 г.)

Родиться в семье верующих в те времена было преимуществом или испытанием?

Виктор Дудник: И преимуществом, и испытанием. Это преемственность благословений. Образ жизни родителей и присутствие Божие всегда наполняли нашу жизнь и перешли к нашим детям. Испытаний было очень много, но без них вера была бы чахлой. А вообще-то испытания – вторая сторона благословений.

Римма Дудник:  В ранние годы, когда в нашем доме проходили богослужения нелегально, приходила милиция с представителями местной власти и учителями, переписывали собравшихся, сообщали на места работы и учебы, писали статьи в газетах, штрафовали... Быть членом христианской семьи было испытанием детской веры.

Теперь, оглядываясь назад, могу сказать: «Межи мои прошли по прекрасным местам». Очень рано попала под пристальное внимание КГБ, журналистов и преподавателей. Господь не давал испытаний сверх сил. Многие верующие были гонимы, преследуемы. И как же было радостно, когда перед очередным собранием кто-то из пришедших членов церкви говорил: «Порадуйтесь со мной! Какое чудо Господь сотворил мне!» Далее шла история о пережитом. Это укрепляло веру. Слушала бы и слушала, что делает Господь...

Все нападки извне: ругательства, побои, насмешки, клеветнические статьи – отскакивали как горох от стены.

– Нет Бога! – кричали.

– С кем же вы боретесь, если Его нет?!  С пустотою никто не борется.

Такая «опека» давала тему для размышлений и только укрепляла мою веру. Бог лучше знал, как утвердить мое упование.

Я знаю, что во времена, когда верующих сажали в тюрьмы за распространение Слова Божьего, Вы, Виктор, занимались организацией перевода Священного Писания на языки народов Кавказа. Как так получилось, что Вы стали подпольщиком?

Виктор Дудник: Верующие имели большую нужду в духовной литературе, так как воинствующий атеизм уничтожал даже старые, дореволюционные, издания. Вначале старались восполнить этот пробел самиздатом. Кстати, после многих опытов качество печати и переплета у нас было не хуже типографского.

Народы Советского Союза не имели на своем языке Слова Божьего, а кое-что переписывалось от руки. Господь позвал меня на этот труд. Мой отец, наставляя меня, говорил: «Если Господь зовет, никогда не говори „нет“». Когда я сказал Отцу Небесному «да», Он многие вопросы в моей жизни и моем служении устраивал так, что это не было подвластно человеческой логике.

В 1973 году Борис Арапович по велению Божьему открыл в Стокгольме Институт перевода Библии. С самого начала работы этого Института я был его нелегальным сотрудником. Переводы делали для народов Кавказа, Средней Азии и Сибири. В общем, третья часть работы Института была на мне. Имен друг друга мы не знали, и у нас были псевдонимы.

Условия работы сейчас даже трудно представить. Оборудования, техники не было. Мы получали из Института шрифты народов, на языках которых делался перевод, выпаивали в пишущих машинках русские буквы и на их место впаивали новый шрифт. Тогда еще не было компьютеров, дисков и флэшек. Толстые книги переводов проходили различную корректировку, редактирование, теологический контроль. Все это несколько раз должно было проходить через государственную границу. Об этом служении можно написать большую книгу.

Хочется отметить, что Господь знает то, чего мы не знаем. Мы – Его исполнители. Задолго до перестройки по Его воле был создан Институт перевода Библии. Им был подобран рабочий коллектив. Делались переводы, и когда началась перестройка (у людей был большой духовный голод), готовые отпечатанные переводы везли в советские республики грузовиками.

Моя роль заключалась в том, чтобы подыскать грамотных и надежных переводчиков и обеспечить условия их работы, а также курьерская деятельность.

Ваш труд Вам оплачивали? Сейчас никто ничего бесплатно не делает…

Виктор Дудник: Да, к сожалению, с приходом перестройки, многое изменилось. Прежде трудились для Господа жертвенно и с любовью. А сейчас спрашивают: «Что я от этого буду иметь?» Всю работу я делал безвозмездно, и для этого было несколько причин.

Приятно было что-то делать для Господа, а Он заботился обо мне и о моей семье. Все, кто жил не по средствам, привлекали внимание «органов», и поэтому нужно было жить очень скромно, так, чтобы, если и возникнет ситуация с конфискацией имущества, ни о чем не жалеть.

Да, Господь заботился обо мне и о моей семье. Один пример. Как-то вечером Римма говорит: «Витя, нам совершенно нечего есть. Ты глава семьи – давай думать. Может, какую „шабашку“ сделаешь, ведь у тебя золотые руки? Я сказал: «Римма, давай все расскажем Господу, ведь у нас с Ним – завет». Дети спали, мы стояли на коленях и молились. На следующее утро я ушел, а когда возвратился вечером, понял: что-то произошло. Дети что-то  рассказывали, но я никак не мог осознать, что. Римма сказала, что, когда я ушел, она, подняв детей, сказала им, что у нас нечего есть. Все стали на колени и просили у Господа пищу. После молитвы все занялись своими обязанностями. И вот днем кто-то позвонил в дверь. Старший сын Дима побежал, спросил: «Кто там?» Никто не отозвался. Он говорит: «Кто-то балуется». А младший сын Гена побежал открыть дверь, чтобы узнать, кто этот «кто-то», и закричал: «Мама, иди скорее сюда!» На лестничной площадке (мы жили на 3-м этаже) у двери стояла большая корзина, полная продуктов. Поверх продуктов записка: «Семье Дудник – помощь от Господа».

Разобрали мы эти продукты, сидим и рассуждаем: «Слава Богу! Но кто же из наших друзей сделал это?» Потом я сказал: «Давайте не искушать Господа. Он всякий раз может сделать это по-разному». И это действительно было так, и не однажды. Через 15 лет мы узнали от одного брата, живущего за 200 км от нашего города, что ему было указание от Бога отвезти эту корзину по нашему адресу.

У Вас были сложности с государственными службами, которые следили за верующими?

Виктор Дудник:  Было много чудес Божьих, было много сложностей и со службами: обыски, аресты, допросы. Работа с молодежью, издательство и распространение литературы не могли быть не замеченными. А вот переводы Слова Божьего находились непосредственно под особой защитой  Господа.

15 лет этой сложной нелегальной «антисоветской» работы были наполнены многими чудесами и водительством Его. Мусульмане говорили: «Если узнаем, кто переводит Евангелие для наших народов, убьем». Такое же желание было и у власть имущих. Если бы не Господь…

Римма, как Вы жили в то время? Вы не знали, вернется ли Ваш муж домой после очередной поездки…

Римма Дудник:  Постоянная слежка, прослушивание, обыски, расставания… И может быть, очередное окажется последним. Отец Виктора говорил: «Попроси его, чтобы он не занимался этим, иначе дети останутся сиротами». О нашем подпольном служении мы никому не рассказывали. Не знали и близкие родственники. Папа сказал так потому, что знал обстановку и наши условия. Я знала, за кого выходила замуж, и понимала, что это Божий план и Его воля для нашей семьи.

Отсутствие мужа Бог восполнял Своим присутствием: я постоянно общалась с Ним через молитву. Это давало сил. И, наверное, большой наградой от Господа является то, что все наши дети – члены церкви, искренне служат Господу.

Как вы оцениваете жизнь верующих в то время и в наше, нет ли у вас ностальгии?

Виктор Дудник: О ностальгии. Екклесиаст говорит: «Всему свое время». Я очень благодарен Господу за путь, которым Он провел, за испытания, а главное за то, что мы могли с Ним беседовать и молчать, воочию убедиться, что Он может делать для Своих детей. Сегодня много желающих делать переводы, но, к сожалению, часто на коммерческой основе.

Благодарю Господа, что Он открыл новые возможности благовестия – в тюрьмах, ночлежках для бездомных людей, домах инвалидов, капелланское служение на кораблях и т. д. Когда-то Господь у Галилейского моря поручил апостолу Петру пасти Его овец. Он и мне это поручил. 26-й год я являюсь пастором Церкви Христа Спасителя, расположенной на берегу Азовского моря. Чудесная церковь! Каждая овечка мне дорога, и вместе мы совершаем различные служения. Да, есть трудности, но рядом – все Тот же Господь. И от Его присутствия легко и радостно на душе. Уходят годы.  Меняются обстоятельства, возможности и формы служения. Слышен голос Церкви, которая очень дорога Своему Спасителю.

Римма Дудник: Хочу это подтвердить пришедшим на память стихом из Книги Екклесиаста (3:1,15): «Всему свое время, и время всякой вещи под небом. Что было, то и теперь есть, и что будет, то уже было».

Спасибо за беседу! Благослови вас Господь!

Архив