+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 2, 2013 г.

Слез можно не стыдиться...

Василий Давидюк

Слезами никого не удивишь. Слез проливаются реки.

Еще Достоевский писал, что «земля от корки до центра пропитана слезами и кровью».

После появления греха страдания наполнили землю. И по большому счету страдают все люди. Каждый из нас может сказать слова: я человек, испытавший горе.

«Но человек рождается на страдание, как искры, чтобы устремляться вверх» (Иов, 5:7).

Страдает все творение: «Ибо знаем, что все творение совокупно стенает и мучится доныне» (Рим. 8:22).

Посмотрите на окна многоэтажек – за каждым из них столько проблем, столько растерзанных сердец, столько душевных мук, боли и слез. Люди плачут, сокрушаясь и смиряясь, а также плачут, злясь и ненавидя.

Не так часто можно встретить поистине жизнерадостных людей. Славяне вообще не изобилуют улыбками. И часто за улыбками скрыто много горечи и насмешки, зачастую над самим собой. Обычно люди предпочитают страдать молча.

Страдают все. И те, кто много сделал зла, и невинные дети.

Страдают хорошие люди. И чем лучше человек, тем глубже его скорбь. «Сумма страданий души пропорциональна степени ее совершенства» (Амиэль).

А. Толстой говорит, что Бетховен «подслушал» звуки своего похоронного марша в рыданиях природы.

«Иногда самым большим страданием бывает отсутствие страдания» (Марцинковский). Ведь не страдать – значит не участвовать в жизни, быть в ней лишним.

Человек готов перенести любые страдания, если понимает смысл, но отнимите у него веру в смысл того, что он переносит, и он мигом сломается.

Тяжкие испытания невинного Иова сменились внешним благоденствием до конца его жизни.

«Благо мне, что я пострадал, дабы научиться уставам Твоим»,  – говорил Давид.

Страдание делает нас снисходительнее к другому, воспитывает чуткость к чужому горю, понимание души человека.

Страдания делают человека крепче, но вместе с тем и мягче.

«Сетование лучше смеха, потому что при печали лица сердце делается лучше» (Еккл. 7:3).

Кто­то сказал: «Не бойся ударов великого резца, который отсекает от мрамора обломки, заслоняющие дивную красоту, – ее зрит Своим провидящим оком Божественный Художник».

Поэтому и жизнь христиан на земле никогда не будет легкой. Она по замыслу после грехопадения и по цели, куда Бог нас хочет привести и кем сделать, никак не может быть легкой.

Страдание не только делает нас лучшими, но оно вырабатывает в нас способность и других делать лучшими. Это крестный путь всех вождей, подвижников и праведников, которые умерли для человеческой славы, чтобы жить для Божьей славы, покончили с человеческими традициями, мнениями и потом стояли против целого народа, как «медная стена», держа свое лицо как кремень.

«Сын мой. Если ты приступаешь служить Господу, то приготовь душу твою к искушению. Ибо золото испытывается в огне, а люди, угодные Богу, в горниле уничижения».

В раковину попадает песчинка, которая раздражает тело моллюска. Последний в целях самозащиты выделяет из себя перламутровую жидкость, которая обволакивает песчинку. Эта работа идет годами. Так рождается жемчуг, красота венцов и ожерелий. Так рождается всякая красота.

Павла жало в плоти избавляло от гордыни и хранило в смиренном и сокрушенном состоянии.

 Имеет ли Иисус Христос в виду всяких плачущих, всяких скорбящих, что они будут настолько утешены, что вместо слез наступит блаженство?

Думаю, что Христос говорил о слезах сокрушения и покаяния, когда люди осознают до боли в душе свою негодность, греховность перед Святым Богом. Их отчаяние от этого состояния настолько сильно, что их сокрушение проявляется в плаче и слезах. Им все становится немилым, есть только одно желание – освободиться от этого сердечного дискомфорта. Или когда мы сокрушаемся и каемся по поводу нашей неверности или грубости по отношению к нашему ближнему. Когда невозможно уснуть от осознания, что мой поступок причинил боль кому­то.

 Праведники много плакали о себе и о других. Плакали Давид, Иеремия, Петр, Павел. Даже Христос, глядя на погибающий Иерусалим, плакал.

Плач о погибающих, о своем несовершенстве, неверности – это печаль, имеющая перспективу блаженного утешения.

Не страшно, когда сердце разбивается в куски, страшно, когда оно становится твердым, как камень.

Когда слезы – следствие сокрушения, раскаяния, – это блаженство.

Таких слез можно не стыдиться

Архив