+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 1, 2012 г.

«Я – никто, и звать меня – никак…»

Надежда Орлова

Валентин Гафт

Который раз нам смерть напоминает,

Что жизнь – это отсчитанные дни.

Пусть никогда никто не забывает,

Что к нам не возвращаются они.

Дни, конечно, не возвращаются. Хотя повернуть время вспять, создать машину времени, взгромоздиться на нее и отправиться исправлять ошибки и грехи прошлого – одно из самых заветных мечтаний человечества. Оно в полной мере нашло свое отражение и в литературе, и в «самом важном из искусств».

Всем нам свойственно нет-нет да и оглянуться с сожалением назад, повздыхать о делах минувших, которых хотелось бы исправить, подправить, выправить. Да не в нашей власти. И как-то горько становится от этой собственной беспомощности и от этой беспощадности бытия, текущего лишь в одном направлении – вперед. И практически нет среди нас тех, кто, подобно несгибаемому гайдаровскому старику, не хотел бы ничего изменить в своей жизни.

Естественно, что как люди верующие мы грустим о том, что раньше не пришли к Истине; что, несмотря на ее знание, грешили; что упустили много шансов сделать добро; мало были милосердны и внимательны к ближним; не всегда послушны Богу. В общем, причин для печали о прошлом хватает. И с годами они лишь прибавляются. Однако мы имеем утешение в словах Священного Писания и уповании на милосердие Творца.

Но есть и иные причины для сожаления и стремления что-то изменить. Это упущенные возможности чисто человеческого плана: недополученное вовремя образование, неудачная карьера, неудовлетворительное финансовое положение, нереализованные шансы на улучшение жизни, не совсем соответствующая жена, не совсем подходящий муж, не совсем так воспитанные дети. Одним словом – разочарование, ощущение собственной нереализованности, непризнанности и незначимости.

Наши духовные стремления ориентированы на Господа. И когда они не воплощаются в реальность, то утешение мы находим у Него же. А вот земные, материальные стремления ориентированы на человека: на окружение, на ровесников, на сослуживцев, на соседей, на начальство. И когда они не реализованы, попробуйте-ка найти утешение у этих «ориентиров».

Если наша самооценка, чувство удовольствия и удовлетворенности зависят от людей, то обязательно придет время краха. Поражает размах эпидемии уныния и тоски, охватывающей людей в среднем возрасте. Юность ушла, а с ней оптимизм и вера в бескрайние возможности и силы. Мир приобретает все более реалистичный вид, перспектива все более трезво оценивается и от этого сужается и укорачивается, и старость имеет конкретные сроки, а не туманные – «когда-нибудь». И ясно, что далеко не все цели достигнуты и многие мечты не сбылись. И вот тут мы бросаемся собирать признание окружающих, поднимать свою значимость в их глазах, сравниваем посты и регалии, завидуем и сокрушаемся. И все чаще приходится слышать горькую фразу: «Я – никто, и звать меня – никак». И начинается болезненное самокопание, поиск виноватых, мелкая раздражительность и старческое брюзжание.

В Библии сказано, кто мы, как нас звать, что нас ожидает и что мы уже имеем сейчас. Знаете все это? Много раз слышали и читали? И все еще убеждены, что жизнь прошла мимо, ну, если не мимо, то как-то косо, бочком? Значит, все-таки человеческие связи, мнения, суждения остаются для вас приоритетными, а Божье призвание и признание имеет скорее теоретическое значение, нежели практическое. И пока приоритеты не изменятся, жизнь не будет иметь смысла, поскольку ценности, по которым в мире определяют, кто мы есть и как нам имя, абсолютно ничего не стоят. Любая реализация в человеке, ориентация на человека, основа на человеке обречена на провал, трагедию, гибель. А отсюда тоска, депрессия и кризис среднего возраста.

От пустого декларирования прекрасных слов Священного Писания о том, что мы друзья Иисуса, Его сонаследники, царственное священство и прочая, нужно перейти к жизни, где все эти звания – реальность, в первую очередь, для нас самих. А если не так, то все наши усилия пропадут втуне, поскольку весь мир со всем его богатством, спесью, властью – это ничто, и имя ему – никак.

Архив