+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 3, 2011 г.

Ты знаешь все...

Екатерина Сотник

Уставшая и разбитая, я брела после похорон домой. Не было никакого желания увидеть знакомых, хотелось, наконец, остаться наедине, во всем разобраться и понять: почему это все произошло? Мысли разбегались от огня, пылающего в разуме. Мое состояние было удручающее, как у человека, заблудившегося в лесу, умирающего от голода и холода, имеющего карту, но без компаса, поэтому не знающего, где находится и откуда ждать спасения.

Картина последних дней резко всплыла в моем разуме и вызвала такую острую боль внутри, что, несмотря на яркий снег вокруг, в глазах потемнело и я на минуту остановилась. Чувство собственной вины за смерть Николая лежало на моих плечах тяжелой ношей. Горько и стыдно было поднять глаза в небо: «О Иисус, Ты бы так не поступил!» Вместе с тем меня мучила еще одна мысль: где сейчас Николай?

С тех пор прошли годы, а этот вопрос остается для меня открытым: где сейчас Николай? А также многие другие, кому я говорила о Христе, кого просила принять дар спасения, за кого молилась. Где сейчас те, кто умер в грехах, не пожелав прийти к Богу или не успев? Может, не вложила душу в слова, может, мало молилась?.. Но они ушли и предстали пред Богом. А я остаюсь пока в этой тьме. Господи! Можно ли еще что-то изменить, исправить? Ведь я же знаю, что нет Твоей воли, чтобы грешники умирали без покаяния, а они умирают. Что сделать, как жить, чтобы люди не уходили в вечность без Тебя?

Я очень мало в своей жизни встречала людей, которые так искренно выражали бы свою ненависть ко мне, как Николай. Притом без причины. Коля был близким другом моего младшего брата. Он и не скрывал, что ему доставляло удовольствие поиздеваться над всем, что было мне дорого. Он искусно находил самые унизительные слова, чтобы доказать, что моя вера и я – глупы и что моя жизнь, «пропадающая без удовольствий», нелогична и пуста. Он говорил так много, что я не успевала вставлять хоть что-то в свое оправдание, да и не очень хотела. Коля не собирался слушать мои доводы. Я только молилась, чтобы Господь открылся ему, чтобы Коля тоже увидел тот свет, который осветил мою жизнь.

Так прошло несколько месяцев. За пару недель до Нового года зашел Николай, спросил, где брат. Я ответила. Он развернулся и уже взялся за ручку двери, чтобы уйти, но вдруг виновато оглянулся и как-то не своим голосом, запинаясь, произнес:

– Моя жена, она… хочет, чтобы ты научила ее молиться, читать Библию… Она спрашивает, можно ли нам прийти к тебе. Сама без меня стесняется…

Представляю, какое у меня было выражение лица! А он молчал и ждал ответа. Вдруг меня осенило: он разыгрывает меня!

– Ты смеешься надо мной? Ты хочешь, чтобы твоя жена стала верующей? Могу ли я в это поверить?

Николай спокойно ответил:

– Пусть, это ее дело.

Не скрывая радости, я пригласила их, и он ушел. Что случилось? Коля хоть и отличался грубостью, но не лицемерием. Нет, он не шутил. Просто произошло что-то, о чем я пока не знала.

В дни приготовления к новогодним праздникам суета захлестнула всех. Несколько раз мы виделись с Колей и его женой. Они приветливо улыбались, а я думала: вот после праздников мы встретимся.

31 декабря брат передал мне просьбу друзей прийти к ним в новогоднюю ночь. Я уклончиво ответила: «Там видно будет». Когда мы собрались у сестрички встречать Новый год, несколько раз на память приходило: «Они ждут». Но я настойчиво отвечала сама себе: там водка, телевизор, какой смысл в разгар праздника говорить людям о Боге? Что они поймут? Наша группа встретила Новый год общением, песнями, планами...

Когда я вернулась 1 января домой, мама встретила меня со словами:

– Был Коля, говорит, целую ночь ждали тебя, даже ничего спиртного не пили, все думали, что ты придешь.

– А где они сейчас?

– Должно быть, дома.

Моя совесть отчаянно заработала. Быстро вернулась к сестричке и все рассказала. Ее муж сказал:

– Немедленно собирайтесь и идите, а я останусь с детьми.

Мы пришли к дому Николая. Снегопад еще не успел скрыть следы трех человек, которые только что вышли со двора. На крыльце горела лампочка. Что делать? Мы с Олей прошлись по улице. Вошли в один ночной бар, поговорили с людьми, потом в другой. Где-то через час мы снова пришли к дому Коли. Свет на крыльце был выключен, а следы трех человек опять уходили со двора, и, похоже, это случилось несколько минут назад. Снегопад не останавливался, и минут за десять следы уже исчезли. За это время, пока мы раздавали пригласительные в барах, хозяева приходили домой и опять ушли.

Выключенный свет говорил о том, что ушли надолго…

2 января было воскресенье. В собрании много гостей из других сел, приехали сестры из города. Мы слушали Слово, которое оживляло нас, наполняло радостью и новыми надеждами, как это обычно бывает в первые дни нового года.

Неожиданно в дверях появилась моя сестра с ребенком на руках. Лицо ее выражало ужас, растерянность и боль. Она долгим взглядом посмотрела мне прямо в глаза. Потом сказала: «Наш брат, Коля и его жена попали в аварию. Их сбила машина. Коля погиб…»

Это случилось накануне вечером, когда они пошли гулять, не дождавшись меня. Я опоздала всего на 5 или 10 минут. Они ждали целую ночь и день, потом пришли сами, а я ушла. Вышли на трассу за селом, чтобы пройтись, наслаждаясь белым от мягкого снегопада вечером, и машина, потерявшая управление, на большой скорости снесла их с дороги. Они шли друг за другом: Коля, Оксана и мой брат. Когда мой брат, отлетев в кювет, поднялся и подбежал к Коле, тот уже не дышал. Оксана была легко ранена.

Собрание прервалось. А когда остались только две сестры, мы решили молиться эту ночь о том, чтобы Коля воскрес. И мы молились. Это была самая ужасная ночь в моей жизни. Если кто думает, что молитва – это простое дело, проведите одну ночь в молитве. А утром ждало не менее тяжелое испытание – похороны. Я так верила, что чудо произойдет и Коля уйдет с кладбища живой! Но этого не случилось. Гроб заколотили и засыпали мерзлой землей.

Ко мне подошла сестра, подозревая, что творится в моей душе: какое отчаяние, какое самоосуждение, и что моя вера под угрозой (почему Бог его не воскресил?). Она спросила:

– Что собираешься делать дальше? – И, глядя в сторону, сжала плечи и продолжала: – А я все равно буду служить Богу.

И вот я бреду безлюдной улицей, пытаясь уйти не столько от людей, сколько от ужасной реальности и от себя. И даже крепкий мороз не в состоянии погасить огонь в душе и притупить боль. Все перемешалось: эгоистичный страх перед ответственностью за лень, нерадение и беспечность – в вечность ушла душа, а я не сделала то, что было в моих силах. Ужас овладел мною при мысли, что если бы та машина ехала с другой стороны, то мой любимый брат был бы сейчас на месте Николая…

И вдруг мир Божий начал овладевать моей душой. Одна за другой в памяти всплывали картины последних недель. Вот Николай, приглашающий меня в гости, потом наша встреча на улице, нескрываемая радость в его глазах. Их решение не иметь в доме спиртного и даже сигарет, желание читать Библию и молиться. Я действительно не сделала того, чего ждал от меня Господь. Но какую удивительную перемену Он Сам совершил в душе Николая без моей помощи! Бог знает все и видит будущее. Он видел тот момент, когда произойдет трагедия, и Он как любящий Отец совершил нечто в сердце Коли. Перелом в отношении ко мне – это только верхушка айсберга. Об остальном я могу только догадываться.

Наконец-то нежный голос Иисуса проник в мое почти ожесточенное сердце: «Ты же просила, чтобы Я хранил жизнь твоего брата до тех пор, пока он не отдаст ее Мне?»

Как часто я поступаю, как Иона: как только горе приходит, я оказываюсь не только не способна благодарить Бога, но даже готова обвинить в этом Его, вместо того чтобы в смирении прийти к Нему в молитве и сказать: «Господи, Ты знаешь все, Ты знаешь все…»

Архив