+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 2, 2010 г.

Мы нуждаемся в Павлах

Вальдемар Цорн

Беседа с руководителем молодежного служения Союза ЕХБ России Евгением Бахмутским

Евгений, представьтесь, пожалуйста, нашим читателям.

Я – христианин. Пастор церкви. Муж, отец троих детей. Моя экклезионная принадлежность – Российское евангельско-баптистское братство, в котором я – руководитель молодежного служения.

Чем Вы как руководитель молодежи всего Союза ЕХБ России занимаетесь?

На сегодняшний день у меня несколько основных задач. 1. Обучение молодежных служителей на разных уровнях. 2. Помощь и обучение пресвитеров церквей в том, как организовывать и заниматься молодежным служением. 3. Организация, проведение или участие в различных направлениях служений и проектах для молодежи братства, поощряющих к духовной жизни, благовестию и служению. 4. Представительство российской молодежи на международном и национальном уровне как среди христианских организаций, так и государственных или общественных.

Много в церквах ЕХБ молодых людей?

На сегодняшний день больше 20 тысяч человек. И их количество растет с каждым годом.

Сложившиеся церковные традиции мешают или не мешают приходу молодежи в церковь?

Местами мешают, где-то, наоборот, помогают. Самая большая сложность – это даже не смена поколений, а смена эпох – советской на российскую. Особенно это коснулось молодежи. У нас уже есть молодое поколение, которое ничего не знает о пионерии или комсомоле. Они впитали воздух новой свободы, а большинство наших церквей были сформированы в советское время, их внутренняя культура, церковная ментальность – защита, оборона, закрытость. Отсюда и трудности. Многие просто боятся нового времени и не знают, что делать. Да и члены церкви нередко Евангелие плохо понимают, но хорошо знают все правила и обычаи своей церкви, что сильно отталкивает новую молодежь.

Как складываются у молодежи отношения со старшим поколением?

По-разному. Есть церкви, где присутствует настоящая общинная жизнь, и там поколения дружат, участвуют в жизни друг друга. Есть церкви, и это чаще всего крупные церкви, где можно заметить разрыв в общении между молодежью и старшими братьями и сестрами – необязательно конфликт, но недостаточное сотрудничество и взаимодействие.

Отвечая на Ваш вопрос, должен признать, что сегодня молодежь общается со старшим поколением чаще всего в лице своих пресвитеров, но с остальными членами – намного реже и не всегда с особым желанием. Поэтому (как складываются отношения) без особых проблем, потому что их почти нет. Стоит ли винить в этом молодежь? Необязательно. Они стали такими. Но есть ли в этом только их вина?!

Чем это вызвано?

Здесь существует несколько причин. Я уже указал одну из них в ответе на четвертый вопрос – разные эпохи. Но есть еще несколько других, не менее значимых.

Во-первых, старшее поколение в некотором смысле было потеряно или растеряно до и после перестройки. Оно утратило свою руководящую и направляющую роль, пытаясь найти себя в новых условиях и в новом мире, и когда спохватилось, то чаще всего занимало карательную и нравоучительную, а не отцовскую роль, тем самым оттолкнуло от себя молодежь.

Во-вторых, большинство людей старшего поколения в наших церквах сегодня – это люди, которые обратились к Богу не так давно. И хотя они имеют солидный возраст физический, духовная зрелость не всегда присутствует. Поэтому они испытывают все трудности в отношениях, которые свойственны духовно развивающемуся человеку. Нередки случаи откровенного законничества и элементарного горделивого превозношения.

В-третьих, молодежь изменилась. А лучше сказать – изменилась ее социальная парадигма в обществе, от нее стали многого ожидать. И она действительно стала играть большую роль в обществе, чем раньше. Некоторые церкви все еще подсознательно исповедуют молоканские и духоборческие традиции – до 45 лет нельзя говорить и что-то серьезное делать (и это правда, что у молодежи не хватает терпения и смирения). Уже на этой почве возникает непонимание и недоверие.

В-четвертых, растет уровень урбанизации в нашей стране. Более 70% населения страны живет в городах, и это число растет. В городе нет такой нужды в серьезных взаимозависимых связях, как в деревне, например. Поэтому возникает проблема общения. И она не только между поколениями, но и внутри поколений. Но ярче, конечно, ее замечают в системе молодежь – старшие или пожилые.

Раньше в церквах ЕХБ было принято помогать старикам, посещать их с пением, помощью: в огороде поработать, квартиру отремонтировать... Помните, раньше «тимуровцы» были? Есть ли в настоящее время такое движение среди молодых?

Я помню, как мы каждое воскресенье посещали кого-то. Помню, как модернизировали эти посещения, стараясь сделать их более эффективными. Причем мы делали это не только в воскресенье, но и на неделе.

Но справедливости ради надо сказать, что часто наши церкви, и это вполне понятно и вполне объективно, были опутаны родственными узами. Поэтому мы посещали то троюродную, то родную, то еще какую-то бабушку кого-то из нас. Это добавляло и ответственности, и особой теплоты.

С другой стороны, мы действительно жили общинной жизнью. Посещение наших стариков и больных было нашим реальным служением любви друг другу.

Итак, что есть сейчас.

Молодежь посещает, и во многих местах с той же интенсивностью. Но это уже не такое массовое явление, как раньше. Почему?

Во-первых, у молодежи появилось больше других возможностей для служения, чем было раньше, а следовательно, и времени меньше, и ориентиры сменились. Когда я был подростком, то посещение было почти единственным возможным служением Христу в воскресенье после богослужения.

Во-вторых, это служение (посещение) не признается таким значительным служителями церкви. Они не против, но чаще считают, что молодежь – это не лучшие посетители. В лучшем случае помощники для старших братьев и сестер.

В-третьих, приходской дух появляется в наших собраниях. И соответственно ослабевают взаимоскрепляющие связи, а такое явление, как посещение, угасает. Сегодня поднимается новая волна посещений, но уже с другим содержанием и с другой основой – это некое подобие волонтерского или социального служения, а также возможность евангелизации, особенно родственников того, кого посещают. Я все чаще встречаю специальные команды посещения (раньше просто вся молодежь посещала).

Как молодые относятся к тому, что старшее поколение прошло тюрьмы и лагеря, преследования и дискриминацию за свою веру?

Поразмышляйте над одним важным фактом: сегодня не менее 60% молодежи в наших церквах из неверующих семей. Поэтому они плохо знают историю ЕХБ. Мы как молодежный отдел стараемся учить их, но эта история для них не так реальна и жива, как для тех, чьи отцы и деды прошли через годину гонений. В конце концов их воспитывали в безбожной среде.

Поэтому они относятся к этой истории как к тому, что принадлежит им, но все-таки это далекая история, просто история. Я думаю, что многие из них поймут богатство наследия славянского баптизма намного позже, возможно, через лет 10–15.

Кроме того, большинство западных миссионеров и миссий принесли (и немало продолжает в том же духе) нам идею развлечения и поверхностного христианства как основного инструмента и цели молодежного служения. И сегодня мы это пожинаем – молодежь стараются удержать какими-то «побрякушками» и «завлекалочками». У многих был сбит фокус и не было правильного понимания и отношения к молодежи. Это было особенно заметно несколько лет назад, когда мы только начали общероссийское молодежное служение. Сейчас это выправляется. Но принцип действует – «что посеешь, то и пожнешь».

Что предпринимается церковью ЕХБ для того, чтобы не было напряжения между поколениями?

Когда люди становятся ближе ко Христу, то они становятся ближе друг ко другу. Это наш главный принцип и главная стратегия.

Помимо акцента на духовное развитие, мы делаем следующее.

Во-первых, проводим встречи для пресвитеров церкви и объясняем, какая молодежь сегодня, каков ее потенциал и что следует делать. Призываем их, а иногда просто умоляем стать наставниками, духовными отцами для молодежи.

Во-вторых, большое внимание уделяем воспитанию молодежных служителей, чтобы они были миротворцами и поощрителями созидания общения между поколениями. Проводим праздники поколений. Помогаем им дружить.

В-третьих, говорим о нашей истории. У нас есть огромное наследие. У нас есть за что славить Бога и чему учиться. Мы делаем историю живой и тем самым изживаем недоверие и недопонимание со стороны молодых.

Каковы перспективы для развития отношений между поколениями?

Они огромны. Принцип синергии никто не отменял. Наш классик как-то сказал: «О юность, если бы ты знала! О старость, если бы могла». Нам нужны дружба и сотрудничество между поколениями. Нам нужно явить миру подлинную любовь. Не через проекты или просто как-то урывками. Это идет из сердца, возрожденного от Духа Божьего.

Что Вы как представитель молодежи баптистов хотели бы сказать нашим пожилым читателям?

Молодежь – это результат нашей жизни, наших ценностей, нашего поведения. Они станут такими, какими мы их сделаем, какими вы их сделаете. Начните уделять больше внимания молодежи, но не как какой-то великий гуру или учитель, а как духовный друг, желающий их понять. Они не так просто воспринимают авторитет положения, но они хотят иметь и авторитеты, и героев, которые доказали или показали это своей жизнью. Они живут в очень и очень непростое время. Если вы придете к ним, чтобы помочь, а не осудить, то вы приобретете их. И потом они будут воспринимать и принимать вашу критику и рекомендации. Это поколение нуждается в Павлах, чтобы стать Тимофеями, ему нужны наставники. И эти люди – вы.

Архив