+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 2, 2009 г.

Глобальные задачи Вальки-Поттера

Елена Шилижинская

Чайник резким свистом прервал мысли Анны Петровны. Кухня – ее излюбленное место. Здесь мать шестнадцатилетнего подростка и учитель словесности любила проводить время: хозяйни-чала, тетрадки проверяла, книги читала, к урокам готовилась. Здесь проходила большая часть ее жизни. Женщина налила в любимый бокал чая. «Какая же я счастливая, Валеньке уже шест-надцать! Он такой смышленый и толковый, программистом мечтает стать, – вернулась она к сво-им думам. – Хорошая профессия: престижно, в тепле и на кусок хлеба всегда заработает. На других подростков смотрю и диву даюсь, к шестнадцати годам уже и гуляют, и пьют, «невест» домой водят. А сколько малолеток в колониях отметились? У соседки справа сынок – наркоман, слева – к баптистам ходит, вот горе, так горе...»

В понятиях Анны Петровны еще из советского времени прочно сидело: кто угодно – только не баптист. И даже симпатичный ее душе герой Солженицына Алешка-баптист никак не мог рассеять устоявшуюся нелепую пропаганду. «Герой придуманный, настоящие – они не такие», – была уверена она.

Валька о вере не помышлял, по дискотекам не шастал, не пил, не курил, чем безмерно радовал мать. Он целыми днями просиживал возле компьютерного монитора и все мерил гигабайтами, мегагерцами, форматами. Круг его интересов составляли компьютерные игры, магазины, где можно было их приобрести, интернетные сайты. В школу ходил с неохотой, гулять не любил, спортом не занимался – серая повседневная жизнь отвлекала его от виртуальных сказочных миров. А точнее, походы в школу и общение с матерью он воспринимал уже как некую безрадостную необходимость для дальнейшего продвижения в игре. Он жил игрой, не отделяя жизнь от компьютерной химеры.

Мать замечала в последнее время, что сын стал рассеянным: то невпопад ответит, то отзовется после третьего окрика. Но это ее не обеспокоило. «От увлеченности, – думала она. – Увлеченный человек не станет наркоманом или пьяницей». Она поощряла его увлечение, сама подбирала ему не кровавые, бездумные пулялки, а интеллектуальные, духовные, как ей казалось, игры с патриотическими целями и задачами – типа спасения человечества.

В той самой игре, что она подарила сыну на 16-летие, героем был мальчик-колдун, наделенный сверхъестественной силой. С помощью магии он день за днем поднимался на новые уровни, побеждая зло и низкую человеческую натуру. Он, и только он, обладая чудесным кол-довством, теперь может помешать никчемным людишкам обрести власть и править миром. Такая глобальная задача будет по плечу доселе неприметному обитателю сталинки в центре города – Вальке-Поттеру, когда тот преодолеет последнее препятствие.

– Валюша, – Анна Петровна заглянула в комнату сына, – уже поздно, пора спать. Выключайся.

– Угу, – машинально кивнул сын, но завершать столь увлекательное занятие на самом инте-ресном месте не собирался.

Часы в большой комнате пробили полночь. Мать спала глубоким, счастливым, сладким сном. Виртуальный Валька-Поттер шел на заветный последний уровень. Пройденным этапом были поверженные враги, решение хитросплетенных головоломок злоумышленников, спасительное бегство, прохождение лабиринта, удачное проникновение за главной печатью... Валька кликнул «мышкой» и оказался возле огромных ворот. До железного кольца было никак не достать, он смекнул, подтащил пенек, залез на него и стукнул железным кольцом. Ворота приоткрылись, и в них появилась темная личность.

– Узнал меня, или представиться? – сказала металлическим голосом личность.

Валька в ужасе отдернул руку от компьютерных кнопок.

– Кто вы?

Личность вышла из проема и встала возле открытой железной двери.

– Дьявол?! – выдохнул Валька.

– Он, собственной персоной к вашим услугам, – раскланялся сатана, голос его потерял непри-ятные оттенки и стал весьма привлекательным.

– Зачем мне услуги ваши, думаю, они мне не понадобятся, – Валька тоже слегка оттаял и даже осмелел.

Вид сильного, мужественного добряка-великана в черном костюме ничуть не устрашал, не вводил в ужас, скорее наоборот, располагал к себе. Этакий приятный, учтивый враг, достойный противник с обаятельной внешностью.

– Как же не понадобятся? Ты не будешь двигаться дальше, остановишься здесь? А там, за воротами...

– Нет, сидеть тут я не собираюсь, – оборвал Валька мечтательный распев собеседника.

– Тогда нужно выполнить небольшое условие.

На экране появилось окошечко с короткой записью: «Продай душу дьяволу и двигайся дальше». И чуть ниже кнопки – «да» и «нет».

Валька сидел в полнейшей растерянности: конечно, хотелось завершить миссию спасателя мира, но душу продавать он не собирался, даже не думал о такой сделке.

Все сомнения легко разрушил уже знакомый и довольно приятный голос:

– Это всего лишь игра.

– Всего лишь игра, – повторил Валька, – ничего страшного, – и кликнул «мышкой».

Раздался резкий хлопок от лопнувшей в светильнике лампы. Комната мгновенно погрузилась во тьму...

Валька шел по знакомой улице. Вокруг благодать, солнышко сияет, птички поют, цветов множество необыкновенной красоты. Он идет, красотой любуется, трели птичьи слушает... Обернулся, а позади небо. Дорога эта в небо вела, все выше и выше. Потом исчезли солнце, трава, и вдоль тропинки появилась бесконечная небесная лазурь и белоснежные мягкие облака. Теперь еще приятней было идти – легко, радостно. Сердце даже пощипывало от предвкушения чего-то чудесного, замечательного, непостижимого. И точно: вскоре показался необыкновенно красивый золотой город. Такого Валька не видел в своих играх, мечтах и фильмах. И чем ближе к нему приближался, тем сильнее хотел попасть в этот небесный чертог. Наконец он остановился у золотых ворот и постучал.

– Кто ты? – услышал мальчик голос за воротами.

Отворять их почему-то не хотели.

– Я – Валька. Откройте.

– Здесь тебе не место, – услышал он страшные слова, и в тот же миг небесная тропинка исчезла, и он полетел с жуткой скоростью вниз. Уже кончились облака, показалась земля. Валька подумал, что сейчас разобьется в лепешку, от ужаса заорал и... проснулся.

Утро застало Вальку за компьютерным столом. И начался обычный день обычного старшеклассника. Осколки от разлетевшейся лампы валялись на столе и на полу, напоминая о ночном происшествии. И еще затекшая рука под головой.

Уроков в школьном расписании было немного, и пролетели они на редкость быстро. Скинув куртку в прихожей, парень залетел в свою комнату, нажал кнопку винчестера и приступил к последнему этапу спасения мира.

Вообще-то мир спасать несложно. Валька это понял, когда дошел до конца игры. Он еще пару раз пробежался по уровням. Появилось чувство завершенности пути, выполненного предназначения. Потом, неожиданно для себя, юноша открыл, что совершенно потерял всякий интерес к глобальным задачам, путаным лабиринтам и мелким, суетным людишкам.

Настали серые, бессмысленные дни. Герой вышел на пенсию и стал никому не нужен. Валька больше не спешил к своему любимому компьютеру. Он валялся целыми днями на диване и смотрел в одну точку на холодной стене.

Анна Петровна сначала думала, что приболел сынок, а на третий день встревожилась не на шутку и побежала по магазинам и знакомым в поисках новой интеллектуальной игры. Она поняла, что вернуть интерес к жизни можно было только новыми задачами и подвигами. Наконец ее поиски увенчались успехом: из столицы привезли Анне Петровне новую модную в узких интеллектуальных кругах игру под названием «The Fallen».

– Что значит это слово с английского? – спросила учительница у продавца.

– «Отверженные», – ответил тот и таким ответом порадовал Анну Петровну.

Она решила, что игра по роману Виктора Гюго, и побежала обрадовать сына.

Валька повертел диск в руках и встал наконец с дивана.

«Странное название, – думал он, – я никогда не слышал о такой игре». Но заводить диск Валька не спешил, заподозрил, что матери неправильно перевели название. Он влез в элек-тронный словарь английского и с ужасом обнаружил более точное значение «the Fallen» – «падшие». Теперь он тупо уставился на диск и погрузился в раздумья. Сначала мысли отвели его в некий темный и незнакомый мир, наполненный ужасными злодеями, отбросами общества. Потом он подумал, что он тоже не вписывается в общество, значит, он тоже отброс? Тут память вернула симпатичный образ темной личности из его любимой игры. Добряк раскланялся перед ним и приятным голосом сказал:

– Верно, всех, кто не помещается в их схемы, они называют отбросами, или падшими. А это просто непостижимые для них люди, особенные, нестандартные. Это элита. Ты, Валька, тоже элитный, вон как ты ловко справлялся с серыми человечками и, наконец, спас весь мир! Кто это оценил? Никто. Только среди своих тебя всегда поймут и оценят. Добро пожаловать на новый, высший, уровень, добро пожаловать в высшее общество непризнанных гениев!

Валька вставил диск, и началось электронное странствие. Теперь это было увлекательное космическое путешествие. Безобидные приключения, новый мир, исследования разных цивилизаций вызывали неподдельный интерес, захватывали. Теперь Валька знал, что очень давно существовала некая высшая раса, особенная каста духовных существ во Вселенной. Но однажды всю ее низвергли, сбросили. И теперь она заключена во мраке, не может свободно действовать, и если ее не освободить – погибнет. Теперь в глобальные Валькины задачи входило освобождение тех, кого все считали плохими, недостойными, падшими, – освобождение высших духовных существ Вселенной. И справлялся он с ней прекрасно: сам собрал магические пирамиды и разместил вокруг них все персонажи.

За окном стояла глубокая ночь, когда один из героев игры расставил всех в круг и заговорил на непонятном языке. Валька понял, что это какое-то магическое заклинание, ужас охватил его, мороз по коже пробежал. Мальчишку затрясло, заколотило, он увидел на мониторе, как врата бездны открылись и освобожденные падшие выходили из нее. Персонажи сняли маски и ока-зались демонами. И его, Валькин, герой тоже был на самом деле мерзким, черным, изворотливым бесом. Он шел прямиком на Вальку и говорил ему из монитора:

– На крыше многоэтажного недостроенного дома сбор. Ты должен туда пойти.

– Когда? – подросток еще не понял, что игра перестала быть игрой.

– Сейчас же. Тебя там уже ждут.

– Сейчас?! Не, я не могу, – слабо возразил мальчик, – поздно, мать не пустит.

– О ней мы уже позаботились, спит она. – Голос электронного демона отливал металлом, звучал твердо, возражений не терпел. – И хватит торговаться. Ты свои торги закончил месяц назад. Иди!

На крыше было ветрено, темно, промозгло. В центре стояли трое ребят. Валька подошел и тоже встал к ним. Теперь, вероятно, все были в сборе. Подростки стояли неподвижно, образуя собой живой квадрат, потом развернулись и разошлись на четыре стороны. У самого края остановились и снова замерли. На крыше загремел уже знакомый металлический голос:

– Ждите сигнала.

Анну Петровну разбудила какая-то непонятная тревога за сына. Хотя она не понимала, чего переживать: часы показывали 6.30. «В такое время только сны смотреть, – успокаивала она себя, – спит сынок, чего переживать?» Но тревога усиливалась, и она встала, заглянула в комнату единственного сына. Монитор компьютера светился надписью во весь экран: «Крыша недостроенной многоэтажки». Сына в комнате не было.

Анна Петровна вылетела на лестничную площадку, в тапочках и халате, и побежала. В парадной она столкнулась с соседом слева, что к баптистам ходит. Он по утрам занимался бегом.

– Что случилось? – без лишних приветствий спросил парень женщину.

– Валя пропал, – ответила она и побежала, не обращая ни малейшего внимания на парня.

А тот бежал рядом и все не унимался:

– Как пропал?

– Не знаю, все было в порядке, сидел у компьютера, я спать пошла, – сбивчиво рассказывала Анна Петровна, – проснулась, а его нет.

– Нет?! Куда вы сейчас бежите?

– Не знаю. На экране компьютера было написано про недостроенный дом.

Парень больше ничего не спрашивал. Он на бегу звонил по своему мобильнику и говорил только одно:

– Молитесь, срочно молитесь!

Снова набирал номер и повторял те же слова.

Валька закрыл глаза. Он вдруг вспомнил свой замечательный сон: как шел по небу, как у золотых ворот остановился, как внутрь его не пустили...

– Пора, – услышал он металлический голос, – пора обрести настоящую свободу. Идите, отверженные, навстречу свободе...

Валька раскинул руки и шагнул.

Площадку недостройки разбудили сирены скорых и милицейских машин. Трех ребят нашли на мокрой земле. Но среди них Анна Петровна не признала своего сына. Милиция продолжала искать. Наконец на лесах, под самой крышей, нашли еще одного подростка.

...Приближалось Рождество. Сырость прошла, земля покрылась снегом. Валька растерянным взглядом смотрел из окна палаты на белые улицы.

– Он настоящий?

– Кто? – сосед по лестничной площадке, Лешка-баптист, навестил его.

– Снег.

– Конечно, настоящий. Скоро ты услышишь, как он хрустит под твоими ногами.

Архив