+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 5, 2008 г.

Теория, похожая на правду

Игорь Савич

В Библии, а именно в Евангелии от Матфея, есть притча о плевелах, которую Иисус Христос рассказал Своим ученикам. Эта притча поучительна тем, что показывает, как трудно бывает отличить истину от лжи.

«Другую притчу предложил Он им, говоря: „Царство Небесное подобно человеку, посеявшему доброе семя на поле своем. Когда же люди спали, пришел враг его, и посеял между пшеницей плевелы, и ушел. Когда взошла зелень и показался плод, тогда появились и плевелы. Придя же, рабы хозяина дома сказали ему: „Господин! Не доброе ли семя сеял ты на поле твоем? Откуда же на нем плевелы?” Он же сказал им: „Враг сделал это”. А рабы сказали ему: „Хочешь ли, мы пойдем, выберем их?” Но он сказал: „Нет: чтобы, выбирая плевелы, вы не выдергали вместе с ними пшеницу; оставьте расти вместе то и другое до жатвы. И во время жатвы я скажу жнецам: „Соберите прежде плевелы и свяжите их в снопы, чтобы сжечь их, а пшеницу уберите в житницу мою“”» (Мф.13:24–30).

Вначале трудно отличить пшеницу от сорняков, особенно только что появившиеся всходы. Все поле стоит зеленое. Но по прошествии времени становится ясно, где полезный плод, который можно употребить в пищу, а где совершенно бесполезный, а иногда и вредный. И медлить нельзя, потому что наступает жатва. То же самое и со знаниями: есть полезные и истинные, которые приносят полезный плод, а есть бесполезные, а часто и просто лжезнания. Проблема состоит в том, что не все лежит на поверхности. Бывает трудно отличить, что плохо, а что хорошо. Особенно, когда это плохое уже значительно укоренилось в нашей жизни. Когда же начинается посев знаний? Конечно, со школы. И важно, чтобы в эти годы предлагались только здоровые, полноценные зерна, а ни в коем случае не сорняки и даже не сорная смесь.

Чему же учат детей в школе? Казалось бы, странный вопрос. Очевидно, тому, что может сделать ребенка полноценным членом общества и пригодиться ему в дальнейшей жизни. По всей видимости, на этом принципе построен новый учебник по биологии для 10–11 классов (Москва, изд-во «Просвещение», 2008. Под редакцией академика Д. К. Беляева и профессора Г. М. Дымшица).* Это прекрасное академическое издание с качественными цветными иллюстрациями и содержит действительно много полезных знаний по биологии. Однако из трехсот страниц учебника сто страниц отведено разделу «Эволюция». На этом основании можно предположить, что данный раздел несет особо важную и необходимую информацию для развития правильного восприятия ребенком окружающего мира.

Начинается этот раздел с главы: «Развитие эволюционных идей. Доказательство эволюции». Краткому анализу содержания данной главы и посвящена настоящая статья. Главу предваряет многообещающее предложение: «Эволюционная теория дает объяснение той совокупности признаков, которые характеризуют все живое на Земле». И далее дается совершенно верное описание этих признаков: «Живые существа отличает поразительная сложность их организации, изумительная координация отдельных частей в организме, согласованность биохимических и физиологических реакций, удивительная целесообразность их строения и поведения, адаптивность их жизненной стратегии и тактики и фантастическое разнообразие форм от бактерии до человека». Как видно из приведенной цитаты, характеристика живых существ сопровождается эпитетами: поразительный, изумительный и фантастический. Это говорит о том, что проявление жизни во всех ее формах повергает человека в трепет своим многообразием, сложностью и уникальной способностью к воспроизведению. Недаром на протяжении многих веков люди делали самые разные попытки объяснения этого явления.

Авторы этой главы показывают, что ответ на вопрос происхождения всего живого не однозначен. Он содержит две полярные теории. Первая говорит о сверхъестественном происхождении жизни, вторая – о естественном, то есть самозарождении, с последующими эволюционными процессами.

К предпосылкам развития эволюционизма авторы относят данные, свидетельствующие об изменчивости видов (с.142). Ранее возникали трудности с классификацией видов и их разновидностей. Жан Батист Ламарк (1744–1829) определял эволюцию «как непрерывное поступательное движение от низших форм жизни к высшим». «Механизмом эволюции Ламарк считал изначально заложенное в каждом живом организме стремление к совершенству, к прогрессивному развитию» (с.143). Эту идею столетие спустя подхватил и пытался развить до невероятных размеров Тейяр де Шарден. Он «объявил об открытии никем доселе невиданного и неслыханного, но, несмотря на это, – всеобъемлющего закона: закона усложнения, подчиняясь которому преджизнь (потрясающий эвфемизм, обозначающий неживую материю), имея врожденную тенденцию к психическому давлению строительства и подчиняясь непреодолимому стремлению к высшему развитию, сама по себе преобразуется в жизнь» (Головин С., 2003). Все это оказалось лишь плодом фантазии энтузиаста-эволюциониста. Эту проблему представители эволюционной теории во всех ее современных вариациях не могут разрешить и сейчас. Выражаясь современным языком, для постоянного усложнения живых организмов должна существовать специальная направляющая программа. Причем эта программа должна работать в разных живых организмах по-разному. Например, морские ежи, морские лилии, морские губки практически не изменились за последние сотни миллионов лет (в эти огромные промежутки лет безоговорочно верят эволюционисты), в то время как рыбы претерпели значительную трансформацию и со временем даже вышли на сушу в виде рептилий. Дополнительный вопрос к имеющейся проблеме сводится к следующему. Почему не все рыбы превратились в рептилий, а часть из них так и осталась рыбами? Перестала работать усложняющая и направляющая программа?

На 146 странице этого учебника дана следующая фраза: «Сущность дарвиновской концепции эволюции сводится к ряду логичных, проверяемых в эксперименте и подтвержденных огромным количеством фактических данных, положений». В этом учебнике приведено шесть таких положений. Попробуем их проанализировать с точки зрения логики, эксперимента и фактических данных. (Цитаты приводятся с сокращениями в целях уменьшения размера статьи.)

«1. В пределах каждого вида существует огромный размах индивидуальной наследственной изменчивости по самым разным признакам. Эта изменчивость может иметь непрерывный количественный или прерывистый качественный характер».

Что касается первого предложения, то общеизвестно, что для каждого живого организма существует строго ограниченный набор генов и его изменчивость осуществляется строго в соответствии с заданными параметрами, которые заложены в его геноме. Если мы говорим о популяции какого-то вида, то и в данном случае изменчивость популяции осуществляется в пределах того пула (набора) генов, который характерен для представителей данного вида. Размах изменчивости определяется только той генетической информацией, которая заложена в данном виде. Количественно имеющиеся признаки могут изменяться в значительной степени. Примером может служить разнообразие пород собак, которые различаются длиной лап, ушей, густотой и длиной волосяного покрова, формой тела и головы, формой и длиной хвоста и т. д. (см. фото внизу). Несмотря на все многообразие выведенных человеком пород, собака остается собакой, и неизвестно ни одного случая, когда бы это животное, даже путем особенно направленного и утонченного отбора, превратилось в кошку.

Словосочетанием в приведенной цитате «прерывистый качественный характер» сделана попытка оправдать (объяснить) наличие громадного количества ископаемых видов животных без обнаруженных промежуточных форм. Однако это утверждение (прерывистый качественный характер эволюции) носит декларативный характер и экспериментально не подтверждено.

«2. Все живые организмы обладают способностью к быстрому увеличению численности».

В целом справедливое замечание, хотя способность к быстрому размножению далеко не одинакова у различных живых организмов. Возникает вопрос: почему вследствие предполагаемых громадных промежутков времени и интенсивного размножения в земной коре совершенно отсутствуют промежуточные формы существующих ныне организмов? Этот вопрос ставили многие ученые: Morris H. M., Parker G. T., 1987; Гласхауэр У. Дж., 1994; Юнкер Р., Шерер З., 1997. Ответ прост – их там нет.

«3. Жизненные ресурсы для любого вида живых организмов ограничены, и поэтому при большом производстве особей должна возникнуть борьба за существование... между особями одного вида».

Еще одно верное наблюдение. Однако причем здесь эволюция? Будут выживать самые здоровые и полноценные особи, которые в дальнейшем дадут здоровое потомство. Чарлз Дарвин считал, что таким образом «выживают и дают потомство наиболее приспособленные особи, имеющие те отклонения, которые случайно оказались адаптивными к данным условиям среды» (пункт 4).

Необходимо помнить, что эти отклонения не безграничны и жестко детерминированы той наследственной информацией, которая заложена в данном виде. А его знаменитые вьюрки с Галапагосских островов всего лишь пример нормальной внутривидовой изменчивости. И еще один интересный факт: «Дарвин построил теорию естественного отбора не на реальных наблюдениях, сделанных в условиях дикой природы, а отдал предпочтение программам искусственной селекции и выдуманным графикам» (Шорманн Д. Е., 2008).

«5. Выживание и преимущественное размножение приспособленных особей Дарвин назвал естественным отбором».

Человек занимался подобным отбором издревле. Вначале интуитивно, а затем уже на научной основе, но никогда таким образом не были получены новые виды. Собаки оставались собаками, коровы коровами, пшеница пшеницей. Конечно, существуют межвидовые гибриды. Но следует всегда помнить, что особенности их строения определяются той генетической информацией, которая была заложена в обоих родителях. Если скрещивание произведено между отдаленными формами, например, между лошадью и ослом, то полученное потомство – мул – оказывается стерильным и не дает потомства. Запрет на образование принципиально новых видов существует довольно жесткий. Дарвин просто не знал о существовании генетической информации и говорил о смешивании кровей.

«6. Естественный отбор отдельных изолированных разновидностей в разных условиях существования постепенно ведет к расхождению (дивергенции) признаков этих разновидностей и в конечном счете к видообразованию».

Это предположение не подтверждено ни экспериментальными данными, ни наличием промежуточных форм. Кстати сказать, слово «постепенно» совершенно противоречит имеющейся четкой разграниченности представителей животного и растительного мира по самым разнообразным признакам. «Если исходить из эволюционных предпосылок, то ничего не будет удивительного (и этого даже следует ожидать) в том, что все живые существа на нашей Земле переходят друг в друга без каких бы то ни было четких границ. Что можно при желании найти, скажем, плавные переходы между семейством собачьих, семейством кошачьих и семейством медвежьих, причем такие переходы, которые позволили бы скрестить „кошкообразную” собаку с „собаковидной” кошкой, очень „похожую на медведя” кошку с самым „кошкообразным” медведем. Таким образом, собаки и медведи оказались бы, в конце концов, посредством цепочки скрещиваний не напрямую связаны друг с другом. Мы же точно знаем, что это невозможно» (Юнкер Р., Шерер З., 1997).

Завершается этот подраздел следующим предложением: «На этих положениях, безупречных с точки зрения логики и подтвержденных огромным количеством фактов, была создана современная теория эволюции». Этот абзац на с.147, подводящий итог вышесказанному, лишен всякого смысла как в отношении научной логики, так и в отношении «огромного количества фактов», которые, наоборот, противоречат названной теории.

Таким образом, подводя итог вышесказанному, можно сделать вывод о том, что теория, предложенная Ч. Дарвином, ненамного продвинулась вперед по сравнению с работами его предшественников. Она представляет определенный интерес в историческом аспекте, но не более того. Каковы же причины ее живучести и какие выдвигают аргументы ее сторонники? Об этом будет сказано в последующих статьях этой серии.

Игорь Михайлович Савич, доктор биологических наук,

проректор Санкт-Петербургского христианского университета

Цитированная литература:

1. Гласхауэр У. Дж. Как возник наш мир /Bielefeld. CLV. 1994. – 171 с.

2. Головин С. Эволюция мифа. Как человек стал обезьяной/Симферополь. 2003. – 91 с.

3. Юнкер Р., Шерер З. История происхождения и развития жизни/СПб. Кайрос. 1997. – 262 с.

4. Шорманн Д. Е. Подмена истины/СПб. 2008. – 156 с.

5. Morris H. М., Parker G. E. What is creation science? USA. Master Books. 1987. – 331 p.

* Справка для неискушенного читателя. Материал данного учебника по биологии в принципе мало чем отличается от других аналогичных изданий. Формирование эволюционного мировоззрения, очевидно, является необходимой составляющей учебных программ средней школы.

Архив