+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 3, 2008 г.

Великий сновидец

Вальдемар Цорн

«Молитесь также и о нас, чтобы Бог отверз нам дверь для слова, возвещать тайну Христову, за которую я и в узах, дабы я открыл ее, как должно мне возвещать», – пишет своим друзьям в Колоссы апостол Павел из тюрьмы в Кесарии (Кол. 4:3–4). Его посадили ни за что. И сидел он там два года только потому, что начальник ожидал получить от него взятку, а Павел не давал. И вот сидит великий апостол язычников в тюрьме и просит друзей поддержать его в молитве, чтобы Слово, проповедовать которое Господь Его призвал, было доступно многим. Он просит об открытой двери. И Господь эту молитву услышал. Он оставил Павла в тюрьме и надоумил его писать церквам письма. Эти письма читают люди уже почти 2000 лет. Миллиарды людей. На тысячах языках. Представлял ли себе Павел, что такую широкую дверь ему Господь откроет, оставив его в тюрьме? Не знаю. Думаю, что да. Господь Своим пророкам Свою волю открывает.

Письма Павла вошли в канон Нового Завета и являют собой основу наших представлений о Церкви Христовой. Новый Завет переведен полностью более чем на тысячу языков.

Самая известная христианская книга – «Путешествие пилигрима в Небесную страну». По количеству переводов и изданий она стоит на втором месте после Нового Завета. Написана она баптистским проповедником Джоном Буньяном в... тюрьме. В ней он провел долгих 12 лет. Посадили его за то, что он проповедовал Евангелие, не имея на то специального образования. Для того чтобы освободиться из тюрьмы, ему нужно было только при свидетелях подписать бумагу, что он обязуется больше не проповедовать публично. Согласиться на это Джон Буньян не мог.

Когда Буньяна в 1660 году посадили в тюрьму, ему было 32 года. Сидел он в одной из самых страшных тюрем Англии – в Бедфордском остроге. В нем было две камеры и один тюремный дворик. На ночь в камеры набивали по 60 человек. Привыкший к свежему воз-духу и активной деятельности, спортсмен Джон Буньян очень страдал от неволи. Многие его сокамерники не выдержали такой жизни и умерли от холода, голода и болезни.

Свою книгу «Путешествие пилигрима в Небесную страну» Джон Буньян начинает словами: «Странствуя по дикой пустыне этого мира, я случайно забрел в одно место, где находился вертеп. Там я прилег отдохнуть и вскоре заснул. И вот приснился мне сон...» Под вертепом он подразумевал свою тюрьму.

Личные духовные поиски и переживания Буньян описал в книге прекрасным, богатым образами языком, понятным и простому человеку, и образованному. И свою полную отчаяния греховную жизнь, и поиски ответов на свои проблемы в законничестве и религиозности, и наконец освобождение и победную жизнь со Христом. Он не умалчивает ни о сомнениях, ни об отчаянии. Христианскую жизнь он описывает такой, какая она есть: это путь борьбы, поиска, страданий и радости. Путь пилигрима.

Представлял ли себе Джон Буньян, что его книга, написанная в таких ужасных условиях, станет благословением и утешением миллионам преследуемых во всем мире? Не думаю. Он давал рукопись книги читать своим сокамерникам и спрашивал, стоит ли ее опубликовать. Одни советовали, другие – нет. Созданными Буньяном образами и при-мерами вот уже несколько столетий пользуются проповедники в качестве иллюстраций к своим проповедям. Книга еще при жизни автора стала общепризнанной, образцом христианской прозы. Ею положено было начало нового направления в английской литературе.

Начинается книга Буньяна с того, что в городе Гибель один человек берет в руки Книгу и, читая ее, отправляется в путешествие к горе Сион. По совету Евангелиста он проходит ко Кресту через Тесные врата. После этих ворот его ожидает долгий путь, на котором он, оставив у Креста свою тяжелую ношу, встречает множество препятствий, искушений, опасностей. Он отдыхает в Чертоге Церкви, вооружается с помощью друзей Верного, Милосердия и других, борется с противником в долинах Унижение и Смертная тень, отвергает болтовню Краснобая и избегает Ярмарку суеты, освобождается из замка Со-мнение и власти великана Отчаяние.

Заканчивается книга сценой торжественной встречи пилигримов у ворот прекрасного города на горе Сион: «Тогда увидел я, что пилигримы вошли в ворота – и там вдруг преобразились и были облечены в одеяния, сверкающие, словно золото» – и отвержением Невежды: «Тогда я понял, что в ад ведет дорога не только из города Гибель. В ад можно попасть, уже будучи у врат в Небесный град… Тут я проснулся и понял, что это был сон».

Читая биографию Джона Буньяна, бесшабашного цыгана с горячим темпераментом и пламенным даром речи, уверовавшего во Христа, я вспоминаю узников нашего поколения. Их было много. Тысячи, десятки тысяч. У многих из них был тот же выбор, что и у Джона Буньяна: откажись, и дам тебе...

Многих из этих героев веры больше нет с нами, они вошли в Небесную страну и общаются сейчас, возможно, как раз, когда я пишу эти строки, с Джоном Буньяном, делясь с ним пережитым. Они оставили после себя, подобно апостолу Павлу, то, что записали, о чем они не могли молчать. Вы читали «Счастье потерянной жизни» Николая Храпова, или «В Иродовой бездне» Юрия Грачева, или воспоминания Анатолия Власова? Всех имен не перечесть! О, как драгоценен опыт страдальцев за имя Христово и Евангелие Его!

Богодухновенные слова Павла дают нам возможность понять, что происходит, когда мир противостоит Евангелию благодати Божьей. Они помогают принять решение, которое приняли Буньян, Одинцов и неисчислимое множество мучеников Церкви двух тысячелетий. Читая послания Павла, мы понимаем, что говорит нам Бог, когда мы слышим предложения со стороны мира сего: «Не будь таким радикальным!»; «Ты, что – самый святой?»; «И мы – христиане, а ты просто впал в прелесть. Стань, как мы, – и получишь свободу. На химию выпустят...» Уловки мира бесчисленны, но у них один общий знаменатель – сдайся. Апостол Павел пишет о себе и о тех, которые с ним едины: «Подвигом добрым я подвизался, течение совершил, веру сохранил; а теперь готовится мне венец правды, который даст мне Господь, праведный Судия, в день оный; и не только мне, но и всем, возлюбившим явление Его» (2 Тим. 4:7–8).

Архив