+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 5, 2007 г.

Голос вопиющего в пустыне

Николай Водневский

Много лет назад в Ви­фа­варе, при Иордане, появился не­обык­но­вен­ный человек. Моло­дой, с заго­ре­лым лицом, сильный и смелый, он жил под открытым небом, питался акридами и диким медом, оде­вался в одежду из вер­блюжьей шерсти. Строгое и про­ница­тель­ное лицо этого мужа Бо­жьего излучало внутреннюю оду­х­творенность и сострадание к людям. Он дерзновенно про­по­ведовал иудеям покаяние перед грядущим Мессией и каявшихся крестил в Иордане.

Это был Иоанн Креститель, Предтеча Господа Иисуса Хри­с­та, величайший пророк и глаша­тай Божий о грядущем Царстве Христа.

Но не его странный образ жиз­­ни, не пылкая проповедь вско­лыхнули всю Палестину и при­влек­ли к Иордану толпы иудеев, а безупречный, святой характер Иоанна Крестителя, его душевная чистота. Эти высокие духовные качества, которых никто не видел ни в книжниках, ни в фарисеях и которые позволяли Иоанну Крес­тителю смело и нелицемерно об­личить мир в его порочности и нерадении к Богу, – вот что при­вле­кало жителей Палестины к новоявленному пророку. Новое религиозное движение не могло остаться незамеченным. На него обратили внимание не только книжники и народные старей­ши­ны, представители Божьего за­кона; проповедями Иоанна заин­те­ресовался даже царь Ирод.

Чистая и праведная жизнь трид­цатилетнего человека, из­брав­­шего для своей проповеди не многолюдный Иерусалим, а пус­тын­ные берега Иордана, на­толк­нула старейшин на размышление: кто он? Не Христос ли? Его не­под­купная справедливость, необы­чай­ная смелость и дерзновенная проповедь имели огромное влия­ние на тысячи окружавших его лю­­дей. Люди каялись, крестились в Иордане и начинали новую жизнь, ожидая пришествия Мес­сии.

Вскоре из Иерусалима были посланы священники и левиты из фа­рисеев, чтобы спросить Иоан­на: «Кто ты?» (Ин. 1:19). Не Христос ли ты?

Какие это были серьезные воп­росы и как много говорят они нам!

Если бы у Иоанна были те или иные духовные недостатки, грехи и пороки, если бы за ним были за­мечены безнравственные поступ­ки, стремление к наживе, искание не Божьего, а лично своего, никто никогда не подумал бы спросить: «Не Христос ли ты?»

По свидетельству евангелис­тов, Иоанн Креститель не сотво­рил ни одного чуда, не дал фа­ри­сеям ни одного знамения, не ис­целил ни одного больного, но, тем не менее, бесчисленные тол­пы народа издалека шли слушать его, и, выслушав, каялись в своих грехах, и крестились от него в Иор­дане.

И сегодня немало людей тре­буют от пропо­вед­ни­ков Евангелия всевозможных чудес, и если те не творят чудеса, их не считают по­сланниками Бога, не принимают их сви­де­тельства о Христовом спа­сении. Такое требование тол­пы по­ро­дило це­лый ряд пропо­вед­ников-чудо­творцев. Толпы людей, недо­мо­гаю­щих пло­тью, любопыт­ных и даже искрен­не верующих за­пол­няют залы на сеансах этих цели­телей, следя за всем происходящим. Но подоб­ные шумные со­бра­ния часто за­кан­чиваются ра­зочарованиями, когда узнают, что жизнь и харак­тер того или ино­го чудесного «це­лителя» сов­сем не похожи на жизнь и харак­тер Христа.

Временное пребывание в со­стоя­нии экстаза не имеет ни ду­ховной основы, ни глубины, ни со­держания. Экстаз имеет только временное действие. Душа же человека остается пустой, не оро­шенной благодатью Божьей.

Религиозные собра­ния, на ко­торых дается воля чув­ст­вам, ду­шев­ным потрясениям и экстазу, часто напоминают собой грозу с громом и молнией, но без обиль­ного дождя, после чего, как гово­рят, пыль только приби­ва­ет­ся, а земля остается сухой.

То ли дело – тихий, обложной дождь! Мелкий, но продол­жи­тель­ный, он способен принести с со­бой истинное небесное оро­ше­ние. Он оживляет пустыню, про­­пи­тывает влагой посевы, про­­ни­кая глубоко под корни рас­тений.

Вот к такому именно служе­нию Бог призывает каждого уве­ро­­вавшего во Христа как личного Спасителя.

Иоанн Креститель пришел в мир, чтобы исполнить поручение Божье – возвестить миру о гряду­щем Мессии. И он это поручение выполнил. В настоящее время Бог дал повеление каждому из Его детей указывать другим на Хри­ста, уже пришедшего и совер­шив­шего наше спасение на Голгофе. Братья и сестры! В этом – наша общая задача. Задача великая, почетная, святая!

Жизнь Иоанна – достойный пример для подражания слу­жи­те­лям Божьим, истинным хрис­тиа­нам. Иоанн Креститель не отсту­пил ни на шаг от своего при­звания. Он был верен Богу до смер­ти – и смерти мученической. Иоанн смело обличал иудейский народ в грехах, вскрывал недо­статки священников, старейшин, книжников и фарисеев. Он не кри­вил душой перед Иродом и пря­мо сказал царю: «Не должно тебе иметь жену брата твоего» (Мк. 6:18).

Сегодня в России не пре­сле­дуются слу­жи­тели Божьи, прошли времена, когда их бросали в тюрь­мы или ссылали в места не столь отда­лен­ные. Свобода веро­исповедания, как го­ворят, завое­вала себе прочное место. Но се­годня многие проповедники не обли­ча­ют мир в грехе, чтобы не потерять свою популярность.

В биографии реформатора Мар­­тина Лютера отмечен такой слу­чай. В часовню, где пропо­ве­до­вал Лютер, вошел только что всту­­пивший на престол герман­ский император Карл V. Лютер, не за­ме­чая вошедшего, продолжал вдох­­новенно проповедовать о не­об­­ходимости покаяния перед Бо­гом.

– Брат Мартин! Брат Мар­тин! – предупредительно зашеп­тали в передних рядах. – Тише... Король здесь...

– Король – тоже грешник! Ко­роль тоже должен каяться! – еще громче воскликнул Лютер.

После проповеди император подошел к Лютеру и сказал:

– В моем государстве есть толь­ко один человек, который ме­ня не боится. Этим человеком яв­ляешься ты, бедный августинский монах. Значит, с тобою Бог.

Христос назвал Иоанна Крес­тителя светильником горящим и светящим (Ин. 5:35). Какое вы­со­кое свидетельство! Писание гово­рит нам о том, что Авраам был дру­гом Бога, Моисей – Его слу­гой, Даниил – мужем желаний, Да­­вид – мужем «по сердцу Мое­му», а об Иоанне сказано, что из рожденных женами не было боль­ше Иоанна. Но когда по­слан­ные от старейшин спросили Иоанна: «Кто же ты?» – Иоанн дал скром­ный ответ: «Я не Христос... Я глас вопиющего в пус­тыне» (Ин. 1:20,23).

В этом ответе – его пора­зи­тельная простота и смирение серд­ца, его беззаветная предан­ность Богу. В этой духовной кра­соте – тайна славы и величия Предтечи. Христиане, по Писа­нию, – народ особенный, народ святой, избранный, отделенный. Апостол Петр говорит: «Вы – род избранный, царственное свя­щенство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать со­вершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет» (1 Пет. 2:9).

К сожалению, в жизни неко­то­рых «призванных» особенности эти настолько слабы и незна­чи­тельны, что они утратили желание «возвещать совершенства При­з­вавшего». Неудивительно, что такое «немое» христианство явля­ется источником соблазна и поно­шения.

Не к лицу присваивать себе звание «святой» или «изб­ран­ный», если повседневная жизнь ничем не подтверждает это зва­ние, если она ничем не отличается от жизни людей, не знающих Бога. В этом причина застоя ду­хов­ной жизни многих церквей. По­это­му мало обращений ко Хри­сту.

Прав был африканец-язычник, сказавший миссионеру: «Мы лю­бим Христа, но мы не любим хрис­тиан. Пусть христиане покажут нам, что Христос научил их лю­бить друг друга, тогда мы по­верим, что ваш живой Бог лучше наших бездушных идолов».

И действительно, перемена име­ни не влечет за собой пере­мены сердца. Человеку вольно называть себя любыми именами. Можно выдавать себя за сына мил­­лионера-аристократа, но ес­ли вы невежественны, невоспитанны, грубы и неопрятны, вам ник­то не поверит.

Недавно мне пришлось слы­шать об одном горце, фамилия ко­­торого в переводе на русский язык означала «владыка мира», но этот «обладатель планеты» си­дел на базаре и просил ми­лос­тыню.

Немецкий писатель Г. Э. Лес­синг однажды сказал: «До тех пор, пока я не замечу, что человек со­блюдает одну из главнейших за­поведей Христа: любить своих врагов, – я буду сомневаться, что тот, кто выдает себя за христиа­нина, действительно христиа­нин...»

Иоанн Креститель не забо­тил­ся о том, чтобы создать себе имя. Он свидетельствовал о Христе. А жизнь, которую он вел, сказала о нем самом, как о голосе во­пию­щего в пустыне.

Архив