+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 4, 2007 г.

Cторож! Сколько ночи?

Юрий Сипко

Взгляд на актуальные проблемы молодежи в современной России

«Пишу вам, дети, потому что прощены вам грехи ради имени Его. Пишу вам, отцы, потому что вы познали Сущего от начала. Пишу вам, юноши, потому что вы победили лукавого. Пишу вам, отроки, потому что вы познали Отца. Я написал вам, отцы, потому что вы познали Безначального. Я написал вам, юноши, потому что вы сильны, и слово Божие пребывает в вас, и вы победили лукавого. Не любите мира, ни того, что в мире: кто любит мир, в том нет любви Отчей. Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, – не есть от Отца, но от мира сего. И мир проходит, и похоть его, а исполняющий волю Божию пребывает вовек»

(1 Ин. 2:12–17).

В конце прошлого года один из журналистов спросил меня: «Кто из религиозных лидеров является Вашим кумиром, кому Вы хотели бы подражать?» Я задумался, и задумался надолго...

Идя дорогой отцов

В марте года текущего протестанты России проводили национальный молитвенный завтрак. Его главной темой была нравственность. Размышляя над проблемой возрастающей безнравственности, я вдруг обнаружил, что в обществе отсутствует эталон нравственности. Но если бы дело было только в отсутствии эталона. Я обнаружил, что нравственность как категория духовная вообще отсутствует в ценностном ряду моих современников.

Вот как объясняет слово «нрав» – корень слова «нравственность» – Владимир Даль: «НРАВ м. вообще, одна половина или одно из двух основных свойств духа человека. Ум и нрав слитно образуют дух (душу, в высшем знач.); ко нраву относятся, как понятия подчиненные, воля, любовь, милосердие, страсти и пр., а к уму: разум, рассудок, память и пр. Согласный союз нрава и ума, сердца и думки, образует стройность, совершенство духа; раздор этих начал ведет к упадку».

Вспомнилось, как в начале перестройки, когда разгул свободы был неудержим, как половодье, и киберпространство наполнилось ужастиками, в которых дети воевали неудержимо и страстно, а реальная жизнь была полна насилия, в школьных сочинениях ребята, отвечая на вопрос «Кем вы будете, когда вырастете?», писали: «Рэкетирами».

Неужели это и есть ценности современной молодежи? Конечно, нет, скажет всякий, спеша уйти от опасной черты, где все общество предстает безнравственным и потому без будущего, – общество распада, как мы обнаружили у Даля.

Но каковы же ценности общества XXI века? Ведь молодежь (наши дети) от нас воспринимает жизненные ценности и, даже отвергая предложенные жизненные стандарты, повторяет дорогу отцов: «Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем» (Еккл.1:9).

Так выходит, что молодежь наша, о которой говорят с ноткой отчаяния, всего лишь и делает, что идет путем своих отцов?

С этим трудно согласиться, но и возразить трудно.

Вспомнил слова из популярной молодежной песни недавнего прошлого: «Впереди ничего, позади пустота, в середине, в мешке, что-то вроде кота…» Так ведь это диагноз нашего общества! И отличает нашу молодежь только то, что они более откровенно называют вещи своими именами.

Пренебрегая воспитанием детей в Божьей истине

В таком глубоком расстройстве я вспомнил, что есть нечто, что уже запылилось на полке книжной. Древняя книга, книга, которой несколько тысяч лет, под названием Библия.

Библия, книга Божьего откровения, говорит: «Ибо все, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская, – не есть от Отца, но от мира сего». (1 Ин. 2:16).

Это точное определение ценностей нашей современности. Это в полной мере относится и к молодежи, и к зрелой части общества. И такое положение вещей мы имеем потому, что посчитали возможным усомниться в верности Писания и, положившись на свой разум и опыт, стали строить общество современное, основанное на угождении человеческих желаний.

Мы почему-то вообразили, что дети наши – беспомощные неженки, которых надо нянчить и кормить с ложечки до совершеннолетия. При этом мы отдали им право самим определять, что хорошо и что плохо. Мы лишили детей запрета, который есть закон ограждающий: «А до пришествия веры мы заключены были под стражей закона, до того времени, как надлежало открыться вере. Итак, закон был для нас детоводителем ко Христу, дабы нам оправдаться верой; по пришествии же веры мы уже не под руководством детоводителя» (Гал. 3:23–25).

Мы посчитали, что не стоит обременять детей обучением Божьей правды: вырастут, поймут и сами решат.

Мы перестали учить их молиться и, окрестя их, с рождения оставляем один на один с господствующим в мире растлением похотью. Мы отвергли свою отцовскую обязанность воспитывать сыновей и дочерей в учении Господнем.

Мы, я думаю, искусственно делаем взрослых людей детьми, создав миф о молодости как о незрелой и неспособной к серьезным поступкам возрастной группе людей.

Вспомним, сколько лет было Давиду, когда он вступил в сражение с Голиафом?

Мартин Лютер, великий реформатор, в тридцать четыре года прибил известные тезисы к дверям собора.

Известный проповедник Сперджен в двадцать лет уже стал пастором церкви.

Убежден в том, что сегодняшние евангельские лидеры, пасторы церквей и все христиане обязаны пересмотреть свое отношение к Богу.

Время менять приоритеты

Невозможно предложить молодежи то, чем сам не обладаешь. Обессиленное христианство, превратившееся в довольное и благодушное сообщество бездуховных, инертных, равнодушных людей, обречено на разложение и исчезновение.

Мало проку находить подходящие формулировки, пытаясь дать лучшие названия эпохам. Мало пользы из того, что мы скептически оцениваем молодежь, предрекая им незавидную будущность. Растянувшись на диванах, мы не представляем примера для молодежи, мы и авторитета-то у них не имеем. Нам надо увидеть мир, в котором заветы Господа в забытье.

Еще тысячи народностей не знают о любви Господа. Еще тысячи народностей никогда не прочитали Евангелия. Еще миллионы детей умирают от жажды и голода.

Мы предоставляем нашей молодежи сотни телевизионных программ, и все они возбуждают низменные страсти. Мы тратим деньги на развлечения, на обильную еду, на борьбу с ожирением, на модную одежду, на косметику и пластические операции. В этом урагане житейской похоти где увидеть и услышать о ценностях нематериальных? Разве что в мечетях? А ведь их число растет. И европейцы увлекаются исламом.

Настало время реформации нашего потребительского христианства. Настало время от объедения и лености перейти к жертвенному служению.

Это, уверен, будет самым привлекательным и действенным примером для молодежи.

«Кричат мне с Сеира: „Сторож! Сколько ночи? Сторож! Сколько ночи?” Сторож отвечает: „Приближается утро, но еще ночь. Если вы настойчиво спрашиваете, то обратитесь и приходите”» (Ис. 21:11–12).

И уж коль мы, люди зрелого поколения, уходящего поколения, всерьез обеспокоены состоянием общества, обеспокоены теми ценностями, которые сегодня привлекают молодежь, то ничего другого не остается, как изменить свои приоритеты.

Сегодня не слышно о грядущем Господе, встречающем Свою Церковь. Сегодня не слышно о суде и вечном огне ада. Сегодня нетактично говорить о грехах, ибо это нарушает права и свободу. Мы изгнали благовествование Христово из нашей жизни, заменив его слащавой проповедью о небесных коврах-самолетах, изобилующих снедью, так что тела умирающих от объедения уже не проходят в двери кладбищенских печей. Мы утешаемся проповедью о кувшинах с живой водой, которые дают исцеление нашим страдающим от безделья телам. Мы презрели поношения за Господа, и нам несподручно нести крест Христов. Мы стали просто биомассой, и все наши упреки молодежи тонут в нашей собственной бессмысленной жизни. Единственный, кто возвышается над веком греха и распада, – Господь Иисус Христос. Но Он явится вскоре как долгожданный Избавитель для верных и как Судия для беспечных.

Сегодня Он должен быть на троне сердец наших, чтобы наши дети увидели и ощутили Его Царство в нашей жизни. Нет других идеалов во Вселенной, нет других лидеров и нет других героев, лишь Иисус открывает нам реальную и бесконечную будущность!

В своем письме церкви апостол Иоанн обращается к детям, юношам и отцам. Он как бы разделяет поколения, в каждом отмечая особые ценности. Но по сути апостол видит неразрывную единую семью – церковь, которая в себя включает и детей, и отроков, и отцов. Единая церковь во главе с Иисусом, победно шествующая в свой небесный дом.

Архив