+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 5, 2004 г.

Только любовь

Сергей Конторович

Почему верующие разных деноминаций не проявляют любви друг к другу? Ведь мы дети одного Отца, сроднены одной кровью. Имеем ли мы право не любить того, кого любит Господь, и при этом называть себя христианами?

Татьяна

Я, конечно, мог бы ответить что-то вроде: «Все мы грешники, и нелюбовь – проявление нашей греховной природы». Это, конечно, правильно, но очень поверхностно. Если же ответить обстоятельно, то все гораздо сложнее. Для начала надо разобраться в том, что мы называем «любовью» и «нелюбовью». Дело в том, что довольно распространена точка зрения, будто проявлением любви должно стать полное единодушие в вопросах веры. Но как раз эта точка зрения и является одним из наиболее разделяющих факторов.

Для каждой христианской конфессии важны особенности ее вероучений. Все убеждены, что понимают Писание верно. И те, кто призывает к единообразию вероучения, обычно уверены, что этим единообразием должно стать именно их единственно верное, «истинное библейское» учение. Для такой уверенности есть определенная причина: раз я уверен, что понимаю Библию верно, значит, те, кто понимает ее иначе, неверно ее понимают. Логично! Ведь не могут быть верными сразу разные понимания, порой взаимоисключающие друг друга. Нам, как правило, довольно сложно предположить, что мое «правильное понимание» может быть совершенно неправильным. Что я могу быть слеп именно в отношении своих заблуждений. Более того, существует ряд факторов, которые усиливают этот эффект. Если взгляды нашей деноминации сформированы давно, то, как правило, они, во-первых, оказываются освящены традицией, то есть становятся чем-то священным – ведь так верили наши отцы и деды, и наши мученики умирали за эти взгляды. А во-вторых, время позволяет сформировать приемлемое богословие, более или менее удовлетворительно подтверждающее наши взгляды и встраивающее их в некую общую богословскую систему. (К слову скажу, что даже очевидные ереси, если они просуществовали достаточно долго, формируют хитроумное богословие, объясняющее все сложные места. После этого вести с их приверженцами дискуссию на уровне «Да ведь Библия говорит...» становится невозможно. Они читают те же тексты, но понимают их по-своему). Кстати, после того как теология деноминации сформирована, любая критика начинает восприниматься болезненно, как нападки на истину. Ведь большинство верующих воспринимают учение своей церкви как нечто целостное, и критика части воспринимается как разрушение всего учения. И тут мы подходим к другой стороне вопроса.

Из-за того, что реакция на критику болезненна, она часто воспринимается как проявление нелюбви. Иными словами, под любовью часто понимается молчаливое (или немолчаливое) согласие с любыми взглядами. Стоит только кому-то выразить свой критический взгляд на то или иное учение, как сразу слышатся обвинения в нелюбви. Лично я убежден в лукавстве тех, кто так говорит. Все они прекрасно знают, что высказывание своего взгляда на проблему, даже если он противоречит моему пониманию, еще не является проявлением нелюбви. Просто те, кто так говорит, хотели бы беспрепятственно распространять ТОЛЬКО СВОЕ понимание! Если кто-то изо всех сил старается всем «заткнуть рот», не означает ли это того, что на самом деле его взгляд не выдерживает серьезной критики, и он это сознает или неосознанно чувствует?

Господь Иисус сказал: «Что ты смотришь на щепку в глазу брата твоего, а бревна в твоем глазу не чувствуешь?» (Мф. 7:3). Чаще всего этот текст понимают как неосуждение христианами друг друга в вопросах повседневной жизни. Однако мне кажется, что он может быть использован и как касающийся межденоминационных отношений. Я подозреваю, что призыв вынуть прежде бревно из своего глаза невыполним для нас. Ведь Иисус говорит, что своего бревна мы не замечаем! То есть мы его в принципе не видим и не чувствуем! Как же мы его можем вынуть? Поэтому я понимаю этот текст более как призыв к осознанию собственного несовершенства, повышенной критичности к себе и неосуждения других. Судят же всегда те, кто убежден, что каким-то образом научился видеть свои «бревна» и извлекать их, что и дает право теперь давать советы другим. Но осознание своего несовершенства должно вести не только к неосуждению, но и к тому, чтобы внимательно слушать других, вести уважительный диалог.

Апостол Павел писал: «Надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные» (1 Кор. 11:19). Так что догматические споры и разногласия – не признак и не причина нелюбви. Можно дискутировать, можно критиковать друг друга и при этом оставаться в любви. Поэтому если кто-то говорит, что христиане разных деноминаций не любят друг друга только на том основании, что между нами имеются разногласия, или что мы спорим друг с другом, или критикуем друг друга, то это, на мой взгляд, неверно. Думаю, неверна и сама постановка вопроса. Вы ставите вопрос таким образом, словно ВСЕ христиане, принадлежащие к разным деноминациям, проявляют друг ко другу нелюбовь. Но на самом-то деле это не так! Лично я постоянно общаюсь с христианами, принадлежащими к разным конфессиям. Это совсем не значит, что мы во всем согласны. Но это совсем не мешает нам общаться. Наша миссия образована христианами, принадлежащими к различным протестантским церквам. Например, в немецком офисе работают лютеране, меннониты, баптисты... За долгие годы совместной работы между ними не было ни одного конфликта на конфессиональной почве! Я знаю множество примеров такого сотрудничества и просто добрых братских отношений. Поэтому вопрос поставлен в принципе неверно. Совсем не все, не везде и не всегда христиане враждуют. Просто плохое всегда заметнее. Это, к сожалению, правда. И причин, из-за которых возникает вражда, несколько. Первая та, о которой я уже писал. Это уверенность в собственной правоте, в непогрешимости собственного вероучения. Если такая идея возникает, то те верующие, которых постигла эта тяжелая болезнь, начинают активно или не очень «спасать заблудших». То есть проповедовать тем, кто уже верит в Иисуса Христа, свое «верное учение». Такие горе-проповедники приносят много горя Телу Христову, разделяя общины, создавая конфликты в церквах. И такие «активисты» есть во всех деноминациях и конфессиях.

Но давайте задумаемся, что, а точнее, Кто спасает человека? Если Христос, то Он является Спасителем для всех. Не только для богословов, не только для умных и образованных людей, а для всех. Он Спаситель слабоумных, он Спаситель стариков. Он Спаситель всех тех, кто не может понять всех тонкостей богословских различий и тем более причин, их вызвавших. Потому что Бог – Спаситель не умных, а верующих! И верующих не в доктрины, а в Христа – Сына Божьего, отдавшего за нас, из любви к нам, Свою жизнь. Что же проповедуют все сторонники «истинного учения» тем, кто уже верит в Сына Божьего? Если судить по тому, что написал апостол Павел в Послании к галатам, то любое дополнение к этой простой спасительной вести – иное благовествование. Да, мы не можем жить вне конфессии, нам надо понимать те или другие вопросы, и то, как мы их понимаем, определит нашу конфессиональную принадлежность. Но спасает нас не конфессиональное учение, а Христос! Только Его кровь омывает наши грехи. Не наши конфессии, а Он – путь, истина и жизнь. Не через конфессии, а ТОЛЬКО через Него мы приходим к Отцу. Лично для меня это очень важно.

Когда я сталкиваюсь с теми, кто проповедует не Христа, а какие-то деноминационные учения, я стараюсь держаться от таких «проповедников» подальше.

Другая причина – власть. Религия способна давать невероятную власть над людьми. Необходимо только убедить человека, что ты являешься голосом Самого Бога, и религиозный человек сделает все, что ты скажешь. Ведь он будет думать, что выполняет волю Самого Бога. Величайшие злодеяния в истории делались по религиозным мотивам. А теперь давайте соединим первое со вторым. И окажется, что самый верный способ подчинять себе людей – через убеждение их в том, что НАШЕ УЧЕНИЕ ЕДИНСТВЕННО ВЕРНОЕ. (Кстати, это же было использовано и большевиками, когда они говорили о единственно верном учении Маркса-Энгельса-Ленина...) Об этом феномене власти также писал апостол Павел, когда критиковал проповедников обрезания. Те, кто требовал от обращенных из язычников обрезаться, как раз считали, что им недостаточно просто веры в Христа. Надо еще исполнять установления иудаизма. И Павел, помимо прочего, написал следующее: «Ревнуют о вас нечисто, но хотят вас отлучить, чтобы вы ревновали о них» (Гал.4:17). Когда человек подчинен «единственно верному учению», его начинает волновать не то, в каких он отношениях с Богом, а то, насколько он соответствует требованиям этого учения. Это очень сильная зависимость. Обычно такую зависимость используют различные культы и секты. Но проблема в том, что любая церковь, даже очень большая и древняя, равно как и молодая и маленькая, очень легко превращается в секту. Так что принцип «разделяй и властвуй» в полной мере находит свое выражение во многих христианских деноминациях и отдельных общинах.

Вне всякого сомнения, причиной нелюбви является греховность. Гордыня, чувство собственного превосходства, самоуверенность, глухота к критике, стремление подчинять людей не Христу, а себе... и тому подобное. Когда это появилось? Да сразу же, с основанием первых церквей. Когда это прекратится? Да не прекратится это никогда, пока не придет Христос. Где же выход? А выход всегда был и будет один – «Что тебе до того? Ты иди за Мною» (Ин. 21:22). Нигде в Библии не говорится, что до Второго пришествия Христа на земле станет все идеально, даже наоборот, Библия говорит, что все станут только хуже. Ну и что? Бог же не спросит с нас за других. Бог же спросит с нас за то, как жили мы. «Итак, каждый из нас за себя даст отчет Богу» (Рим. 14:12). Вот у себя давайте и спросим: способны ли мы любить других, не похожих на нас, верящих не так, как мы, понимающих не так, как мы? Любить и при этом оставаться самими собою, со своим пониманием, со своими убеждениями. Способными не только говорить, но и слушать. И все в любви.

Способны?

Сергей Конторович

Архив