+7 (999) 219 - 91 - 91
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 1, 2003 г.

Я не хотел попасть в ад

Саша Баткин

«Придите ко Мне, все измученные и обремененные, и Я успокою вас; возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим» (Мф. 11:28–29)

Вырос я в неверующей семье и считал Бога выдумкой для темных, невежественных людей. В детстве у меня были очень хорошие способности к учебе, но фальшь и лицемерие некоторых школьных учителей, да и всей советской показушно-уравнительной системы образования, отвратили меня от учебы. Взамен этого меня привлекла блатная романтика и идеализированный образ благородного героя-преступника. Нравы улицы, ее законы и ценности стали моими, ими я начал жить и в них утверждаться, и итог не замедлил сказаться: в шестнадцать лет я оказался на скамье подсудимых...

Пять лет я провел за решеткой. За это время я многое понял, увидел тюремную жизнь без прикрас, и ореол блатной романтики рассеялся как дым. Когда я вышел на свободу, я уже не хотел возвращаться к преступной жизни. Мне хоте-лось чего-то добиться в этой жизни, достичь уважения и положения в обществе, преуспеть материально. Итак, я развил бурную деятельность: поступил учиться в престижный институт, пошел на курсы английского языка и в автошколу сдавать на права. Нашел «непыльную» и хорошо оплачиваемую работу. Кроме того, занимался мелким бизнесом. В то время я не пил, не ку-рил, занимался спортом, энергии у меня было более чем достаточно. Внешне я преуспевал, у меня была перспектива, я приближался к достижению поставленной цели. Казалось бы, чего еще желать?

Но в душе росла неудовлетворенность и внутренняя пустота. Первая эйфория от свободы и успехов в новой жизни прошла. Я чувствовал, что в моей жизни чего-то не хватает, но чего? К сожалению, в то время я не знал, что пустоту в человеческом сердце может заполнить только Бог, Творец, и попытался заполнить эту пустоту алкоголем. Это давало на время иллюзию облегчения. Жизнь снова казалась насыщенной и интересной, но потом становилось еще хуже. Выпив, я становился злым, агрессивным и совершал необдуманные поступки. Долго так продолжаться не могло. Демон, вселявшийся в меня вместе с алкоголем, выжидал лишь удобного момента, чтобы столкнуть меня в бездну. Вскоре этот момент наступил...

Я возвращался со свадьбы приятеля и был изрядно пьян. По дороге я сцепился с таким же пьяным, как и я, мужиком, и у нас с ним завязалась ссора, во время которой он очень грубо и грязно меня оскорбил. Это привело меня в такую ярость, что, не помня себя от гнева, я набросился на него с такой злостью, словно в меня вселился сам сатана. Что было дальше, я помню плохо, обрывками: ругань, удары, кровь... Я не понял тогда, что натворил. Когда на следующий день меня арестовали, я с ужасом узнал, что, во-первых, убил человека, а во-вторых, этот человек оказался офицером милиции, оперуполномоченным уголовного розыска.

Не могу передать, что мне пришлось испытать после ареста. Это был ад уже здесь, на земле. В милиции ко мне применяли все мыслимые пытки, мстя за смерть своего коллеги. Но я не держу на них зла, наверное, я заслужил и большего. Наконец период дознания и истязания для меня закончился, и меня отвезли в следственную тюрьму. Там меня уже никто не трогал. Я вздохнул с облегчением, но ненадолго – вскоре для меня началась пытка гораздо хуже физической. На следствии я узнал, что всеми правдами и неправдами меня хотят подвести под «вышку» – смертную казнь через расстрел. Как мог, я пытался этому сопротивляться, пробовал даже симулировать психическое заболевание. Но все было напрасно, и петля все туже затягивалась вокруг моей шеи. Когда закончилось следствие, меня обвиняли по четырем пунктам, по каждому из которых в отдельности мне могли дать «вышку». Это было ужасно, я не хотел верить, что я, молодой (мне было только 22 года), здоровый, полный энергии, сил и планов, могу скоро умереть. Но я понимал, что это суровая правда, и мое бессилие, невозможность ничего изменить приводили меня в отчаяние.

Страшился я не столько физической смерти (я понимал, что она займет лишь минуты), а того, что за ней последует: этой пугающей неизвестности, в которой, я инстинктивно чувствовал это, меня не ждет ничего хорошего. Я очень много об этом размышлял, пытался проникнуть в тайну небытия. И однажды мне вдруг с ужасающей ясностью открылось, что со смертью все не заканчивается, есть загробная жизнь, иное бытие. В тот момент я поверил, что есть Бог, Судья праведный, и меня как убийцу Он непременно отправит в ад. Это открытие привело меня в ужас, я не хотел попасть в ад, хотя имел о нем очень смутное представление. Я понимал, что это страшное место мучения грешников, где нет прощения.

К сожалению, я тогда практически ничего не знал о Господе Иисусе Христе, Который умер за мои грехи и мог даровать прощение, спасение и жизнь вечную. Поэтому выхода я не видел. Безысходность приводила меня в полное отчаяние, с каждым днем моя душа все глубже погружалась во тьму, угасали последние искорки надежды, и я уже словно чувствовал ледяное дыхание смерти.

И вот в один из дней, когда мне было особенно плохо, я вдруг услышал перезвон колоколов небольшой православной церквушки, расположенной недалеко от тюрьмы. Слышал я его много раз и до этого, не обращая на него никакого внимания. Но в этот раз словно Сам Бог заговорил к моему сердцу и позвал меня. Словно какая-то сила подтолкнула меня к окну. Я залез на него, ухватился за решетку и со слезами начал просить Бога простить меня и оставить мне жизнь, обещая больше никогда не грешить и не делать никому зла. После этого мне стало намного легче, хотя я не знал, услышал ли меня Бог и ответит ли Он мне, но в душе снова ожила надежда, что я буду жить...

Вскоре после этого начался суд, который продолжался с перерывами почти восемь месяцев. Психологически мне было очень тяжело: суд, прокуратура, милиция – все жаждали моей крови, а мне было очень стыдно перед людьми за то, что я натворил. Но Божий суд милосерднее человеческого. Он ответил на мою молитву. И, хотя люди желали мне смерти, Бог рассудил иначе. Меня приговорили к пятнадцати годам лишения свободы в колонии строгого режима. Я был очень рад. Срок, конечно, большой, думал я, но и он когда-то закончится. Главное, что я остался жив.

Но в то время я не был возрожден, не знал Иисуса Христа, не имел Духа Святого, а поэтому и не имел силы, да, впрочем, и желания жить так, как я обещал Богу. Через полгода после вынесения приговора меня привезли в лагерь. К этому времени я уже полностью жил прежней, греховной, тюремной жизнью: пил, курил, ругался, играл в карты и т. д. Я ожесточился, обозлился и, как говорится, «потерял тормоза» – за три месяца я совершил кучу нарушений, несколько раз отсидел в карцере...

Когда я снова попал в карцер за пьянку, я уже полностью забыл о Боге и о своем обещании Ему. Казалось, и Он забыл обо мне: ну зачем я Ему такой нужен? Но нет, Он помнил обо мне, помнил, что я обращался к Нему, призывал Его имя, а ведь «всякий, кто призовет имя Господне, спасется» (Рим. 10:13).

И вот однажды дверь нашей камеры открылась, и к нам завели человека, который прямо с порога представился христианином. Это Бог прислал ко мне Своего слугу. Этот человек нас очень удивил. Мы никогда не встречали в тюрьме верующих. Мы все окружили его и засыпали вопросами о его вере, на которые он старался отвечать. Но интерес к нему скоро угас, а вопросы превратились в насмешки. У всех, но не у меня. Чем больше я его слушал, тем больше у меня появлялся интерес к его словам. Мне казалось, что он говорит о том, что я, сам того не сознавая, искал всю свою жизнь, и я готов был слушать его без конца. Несколько дней мы беседовали с ним, не обращая внимания на насмешки сокамерников. Он свидетельствовал мне о себе, рассказывал о Боге, о Христе и Евангелии, читал из переданной ему Библии. Это казалось слишком прекрасным, чтобы быть правдой, – прощение, оправдание, новая счастливая жизнь с Богом и вечность в раю. Неужели все это возможно для такого большого грешника, как я?

Несколько дней я боролся с сомнениями, думал о трудностях, которые могли у меня появиться как у верующего, сомневался, смогу ли я устоять и не вернуться к старым грехам. Но брат терпеливо объяснял мне истину, подкрепляя свои слова Писанием. И Слово Божие, живое и действенное, победило все мои сомнения, неверие и страхи, и я решился. Ночью, когда все спали, я обратился к Богу, покаялся в своих грехах, принял в сердце Иисуса Христа и попросил простить меня, принять, очистить, изменить. С каждым словом тяжесть спадала с моего сердца, и я чувствовал небывалую легкость. Когда я закончил молиться, я уже не был прежним, что-то во мне изменилось, я стал другим, новым человеком.

Неземная радость переполняла мое сердце. Грязная камера казалась царским дворцом, люди, большинство из которых я раньше откровенно презирал, теперь были замечательными... Господь наполнил мое сердце любовью, и я любил всех: друзей, врагов, ближних и дальних, обо всех хотелось заботиться, всем помогать, делать добро. Никогда в жизни мне еще не было так хорошо. Несмотря на стесненные обстоятельства, в этот день, день моего спасения, я впервые был по-настоящему счастлив. Это было в октябре 1993 года. Я никогда не перестану благодарить Господа за то, что не я Его нашел, а Он меня нашел на самом дне этого мира, омыл меня Своей святой кровью, возродил от смерти к жизни и дал власть быть Его чадом. Слава, честь, хвала и благодарение Ему за все!

С тех пор прошло восемь с половиной лет. Господь чудесным образом изменил мою жизнь. И хотя трудностей, проблем, испытаний здесь хватает, все это ничто по сравнению с превосходством познания Господа Иисуса Христа. Так что я себя считаю счастливым человеком. И хотя я сижу в тюрьме, в Христе я имею высшую свободу, свободу от рабства греха, от страха смерти, от мира, плоти и дьявола. Конечно, мне еще очень далеко до совершенства, но я верю, что «Начавший во мне доброе дело, будет совершать его даже до дня Иисуса Христа» (Флп. 1:6).

Архив