+7 (905) 200-45-00
inforussia@lio.ru

Вера и Жизнь 2, 1990 г.

Проблемы религиозной свободы

Н. Корнилов

То, что в Советском Союзе отношение к религии, к верующим изменилось и изменилось серьезно, ни для кого не секрет. Это радует прибывающих к нам западных христиан, радует и нас самих, живущих здесь.

И действительно, испытанные в огне страданий, длившихся десятилетиями, христиане в России наконец-то получили возможность жить и действовать так...

А вот как? Как живут и действуют христиане на Западе? Или хотя бы так, как до революции и первые годы после нее? И здесь мы сталкиваемся с главными вопросами сегодняшнего времени, от решения которых нам не уйти.

Один из вопросов - готовы ли христиане в нашей стране, пережив столько испытаний, нести свидетельство о главном - о Боге, о Христе без примесей, без конфессиональных пристрастий, без предубеждения к другим христианам, без политических и национальных симпатий и антипатий?

Серьезно и трезво присмотревшись к самим себе, мы увидим, что это далеко не так. В годы давления и репрессий мы не только отстаивали свою веру и право жить по ней. За это время внутри у нас накопилось много того, что мало соответствует облику подлинного христианина. Наши скрытые и неизжитые конфессиональные недостатки укрепились и затвердели в нашем внутреннем мире; более того, мы приобрели свойства и черты, созревшие в годы массового расхристианивания и потери духовной культуры.

Да что там говорить, если до революции христиане разных конфессий просто не понимали и не принимали друг друга, то теперь пропасть зачастую только расширяется. А в наше время к этому прибавляется еще и конфессиональная узость, помноженная на низкий уровень образования и культуры.

Все это достаточно быстро может привести от всеобщего уважения к христианам, как преследуемым и гонимым и от интереса к ним, к пренебрежению и христианами, и христианством.

И это уже было в нашей же отечественной истории. Для примера можно привести ситуацию начала века, когда христиан никто всерьез не воспринимал. Испытание на ответственность, на широту и глубину нашего христианского образа жизни продолжается и сейчас. Сказать, что это испытание менее серьезно, чем прошлое, и что от него меньше зависит наше будущее, я думаю, никто не решится.

Хотя сейчас всеобщая радость, восторженность переменами многим из нас просто застилает глаза. Взять, например, рост национализма, который происходит в том числе и благодаря религиозной свободе. Не секрет, что в стране националистические и антисемитски настроенные группировки и объединения считают себя православными, сводя порой христианство к атрибутам национального прошлого и противопоставляя «свое» родное христианство всем остальным христианам и нехристианам.

Не раз приходилось слышать, что русский народ - православный, что только в православном и национальном виде возможно религиозное возрождение. Не споря с такими утверждениями, сошлемся на апостола Павла, утверждавшего, что во Христе нет ни эллина, ни иудея... Тревожит то, что христианство вновь может быть использовано для разъединения и разделения, хотя предназначено оно для совсем иного.

Впрочем, оставим это на совести тех, кто так обходится с христианством, сами по возможности понесем мир исстрадавшимся и опустошенным людям.

В нашей протестантской среде существуют другие проблемы, выявившиеся сейчас. Получив возможность открыто проповедовать, мы, всегда мечтавшие об этом, взялись за это со рвением. Слава Богу, что оно у нас есть. Но выйдя к людям со словом проповеди, мы, наряду со словами, являем им и себя, свое состояние. Являем им то, что мы представляем на самом деле.

А что же есть на самом деле?

В нашей независимой прессе, в частности в «Протестанте», уже отмечалось, что за годы давления в нашей среде произошли серьезные деформации. Но они не только в прошлом сформировались, формируются они и сейчас. К недостаткам, полученным нами от прошлого, можно отнести незнание и неприятие христианского опыта прошедшей эпохи. Да, русский протестантизм появился во время, когда православная церковь находилась в плачевном состоянии. Его появление было исторически обусловлено, подтверждением этому является то, что евангельское движение появилось в народной среде, рождено самим народом, а не является изобретением группы интеллигенции или результатом деятельности какого-либо ордена или части иерархии, тем более не извне занесено.

Но ведь понимание недостатков, понятие о грехе, покаянии, знание того, что такое подлинное христианство появилось не на пустом месте. Все это сформировалось в течение многовекового стремления к Богу поколений людей, живших прежде. Многие знали, что такое настоящее христианство, многие искали его. Время от времени появлялись движения, объявляемые ересями и расколами, но ставившие своей целью общественную святость, достижение обыкновенными «мирянами» евангельского идеала.

Поэтому для евангельского движения, протестантизма, почва была подготовлена, и движение дало быстрые и благодатные всходы. Но в ходе развития постепенно стало забываться то, что русский протестантизм - все-таки русский или украинский и т.д.

Да, во Христе нет национальности, но в христианстве есть. И есть опыт христианской церковной жизни, который нельзя отбросить бесследно. А потому одним из недостатков, мне кажется, является незнание и неприятие национального христианского опыта. Это серьезно препятствует в нашем свидетельстве, лишает его необходимой глубины и силы.

Сейчас, когда народ возвращается к своим корням, к своей исторической памяти, русские протестанты, не любящие и не знающие своей истории и истории своего народа, достойны сожаления. К тому же это создает вторую, связанную с предыдущей, проблему: стремление многих и многих русских, подчеркиваю русских по национальности или по языку христиан, разных протестантских конфессий, выехать на Запад, эмигрировать.

Стремление к эмиграции тоже следует отнести к достижениям нашей более свободной жизни. И для меня достаточно понятно, что верующий, человек, который живет здесь и читает только Билли Грэйма и Освальда Смита, Модерзона и Баркли, чувствует себя на своей родине не совсем своим. Но если он читал «Слово о законе и благодати» митрополита Иллариона (11 век) или христианские рассказы Н. С. Лескова, то он понимает, что его Родина никогда не была обделена ни Словом Божиим, ни праведниками. Оскудела она только к нашему времени.

И если мы беремся проповедовать Слово, то должны стать и праведниками.

И в этом состоит наша третья проблема - внешняя, или показная, праведность.

Что это такое? Настоящая праведность, а не простое соответствие тем нормам, которые приняты в той или иной общине, конфессии, братстве?

Настоящая праведность - это личное соответствие евангельским духовным и нравственным требованиям. Это когда человек-христианин считает главным делом своей жизни - достижение близости с Господом и любви к ближнему, а не что-либо иное.

Показная, или внешняя, праведность - соответствие члена какой-либо общины или церкви тем нормам и принципам, которые приняты в этом обществе.

Если настоящая праведность дается человеку великим трудом, усилием, то внешней праведности достичь не трудно: бросить курить, пить, научиться говорить, как все, на языке своей общины, - и все в порядке, ты - «свой человек».

И идет такой «свой человек» проповедовать Евангелие иногда просто потому, что это - часть требований его общины, а он не имеет ни призвания, ни соответствия тому, чему сам учит. Многие ли из нас соответствуют тем евангельским требованиям, о которых идет речь в Нагорной проповеди?

Если нет, то стоит серьезно подумать о том, что же все-таки делать? А выход один - стремиться к совпадению слов и жизни. Сколько людей бывают привлечено нашими словами, но уходят от нас, увидев нашу жизнь и наши дела. И если во времена недавнего прошлого чуждая сила не допускала людей к церкви, к общению с христианами, то на сегодня существует опасность, что мы сами, оказавшись плохими христианами и плохими людьми, оттолкнем от себя приходящих к нам.

Перечисленные проблемы - лишь малая часть того, что требуется нам увидеть, осмыслить, понять сейчас, когда происходит исторический перелом в отношении христианства. На нас лежит ответственность. От того, какими будут христиане, зависит будущее не только нас одних, но многих других людей.

«Соль - добрая вещь; но если соль потеряет силу, чем исправить ее?» (Лк. 14:34).

г. Москва

Архив